А меня, …, он в сидячем положении встретил, изображал увечного, …! Более я с ним не общался, краем уха слышал, что вроде он несколько институтов поменял, из каждого за несданную первую сессию вылетал, учился на актера.

— Верно, — кивнул Семен, — Трофим оказался талантливым лицедеем. Он после нескольких неудачных попыток получить образование поступил в институт, где готовят киноактеров, считался там весьма перспективным. Диплом не получил, исчез куда-то.

— Погодите, — вмешалась я в разговор, — но если Трофим встал на ноги после вашего ухода из дома, то отец знал, что младший сын может самостоятельно передвигаться. Зачем потребовал от вас содержать брата?

Николай махнул рукой.

— Думаю, у мерзавца паралич прошел, но он перед папашей комедию ломал, чтобы не учиться, не работать, а деньги у отца брать и весело жить. Мне папенька правды не сказал, чтобы я не бросил захребетника. Трофим же при встречах со мной в коляске сидел.

— Может, в вашей семье сумасшедшей не только мать была? — вздохнула я. — Поведение вашего отца и брата никак нельзя назвать адекватным.

Николай пожал плечами.

— Не думал на эту тему, но согласен. У моих родственников в голове не тараканы жили, а мыши жирные. Главное, у меня все в порядке. Я, когда от бабы Кати эту историю услышал, сначала не поверил, попросил приятеля, он в органах служил, узнать, правда ли Трофим может ходить. Он мне сообщил, что врачи родителям в свое время сказали: ноги у сына будут работать, только занимайтесь с парнем. Трофима упорно лечили: гимнастика, массажи, отец его на море на лечебные грязи возил. И случилась реабилитация. Но я тогда уже дома не жил, правды не знал.

— Родительскую квартиру Трофим продал, — продолжал Семен, — приобрел комнату в коммуналке. Но это все, что о нем известно. Значит, вы не знаете, где сейчас ваш брат?

— Нет, — отрезал Сивков.

Александр Михайлович бросил на меня быстрый взгляд, я расправила юбку на коленях.

— Интересно, где Трофим? Они с Гончаровым дружили. Знаете, как мы это выяснили?

Сивков молча покачал головой."

"— Из платежных документов вуза, где учились Митин, Гончаров и Трофим Сивков, — объяснила я. — Первый попал на бюджетное отделение, два других парня на платное. За них вносил деньги Георгий Гончаров, отец Василия. О постороннем юноше так заботиться не станут. Вот откуда наше предположение о дружбе…

Сивков запрокинул голову и потер лицо ладонями.

— Все! Больше не могу. Вы докопались до правды?

— Попытались, — честно ответила я, — есть предположение, что Трофим и Василий создали агентство «Удача». Отец Гончарова давал отпрыску любые деньги, он мог ему и на бизнес отсыпать.

Сивков вынул из кармана блистер, выщелкнул таблетку и отправил в рот.

— Они от вас не отстанут, — сказала я, — расскажите, что знаете.