Он вернулся взъерошенный и расстроенный, уныло разведя лапками и прокомментировал.

– Ну, не ш-ш-шмагла я…

М-да… Без понимания природы Эпицентра невозможно «вылечить» планету. Сейчас у меня не было достаточно сил, чтобы туда пробиться. Да и честно говоря, желания не было. Угробить себя, чтобы… что? Помочь Человечеству? Опять это «наследство» Охотника. Защитой человечества настолько была пропитана моя жизнь, что я и сейчас мыслил этими категориями. Мне приходилось постоянно себя одёргивать. Но чем больше росла моя сила, тем сложнее это становилось. Неужели в какой-то момент я плюну на отдых и ринусь грудью на амбразуру спасать всех этих людей, большинство из которых вряд ли заслуживают такой жертвы.

Я уж хотел было повторить трюк с «бустом» чрезмерной энергии. Однако, было два «но». Большое количество тварей, в том числе летающих, подтягивались прямо сейчас к нашему местоположению. А второе – Волк доложил, что движок у «Буревестника» на пределе, и ещё одной такой перегрузки он тупо не выдержит. Я так понимаю, что даже сейчас его нужно отдавать «на техобслуживание», дабы он мог нормально функционировать в дальнейшем.

В общем, накрутили мы маскировку до максимума, сбавили скорость до минимума. И медленно попёрлись прочь к границам Эпицентра, стараясь не привлекать к себе внимание, по самым безопасным маршрутам, разведанным Шнырькой.

Затупок сидел в углу, жевал шоколадки вместе с обертками, и опасливо косился на угрюмую Хельгу, вероятно опасаясь, что та отберет у него законную добычу. Подходить к ней, что для него тоже характерно, он не стал. А вот Цербер осторожно подполз. Хельга машинально погладила его по одной голове. Он её тут же облизал всеми тремя, и пошёл досыпать дальше с чувством выполненного долга.

Девушку трясло мелкой дрожью. Это явно был отходняк от встречи с Фаготом. Физически я не видел на ней никаких повреждений. Да, доспех был заляпан кровью, внутренностями и мозгами монстров. Но это нормально. Хорошо, что никто из них не нанёс девушке никаких повреждений.

У меня крутился на языке разговор о её происхождении. Но видя её состояние, я отложил его до лучших времён. Только лишь протянул ей бутылку с водой и одну, каким-то чудом, уцелевшую шоколадку. Хельга с благодарностью приняла ее, разорвала обёртку и принялась жевать. Судя по её лицу, она сейчас не чувствовала ни вкуса, ни запаха.

Я осторожно потянулся к её душе, сканируя на предмет повреждений. Нет, слава яйцам, с ней всё будет хорошо. Просто сильное истощение. Вообще-то, для восемнадцатилетней девушки, даже такой сильной телом и духом, встреча с Темнейшим была сильным испытанием. Это она ещё выдержала его достойно. Я видел, что эти ублюдки сделали с некоторыми людьми.