— Четыре охранника внутреннего круга, господин."

"— Хрен с ними! — махнул рукой бандос. — Усильте охрану. Усильте в четыре раза! Возьмите наёмников, заплатите любые деньги! Меня нужно лучше охранять, сильнее охранять! Сильнее!!! — в конце он сорвался на истерический крик, и у него даже задёргался глаз.

А в это время недалеко, в большой черной машине, молодой человек с аппетитом жевал бургер. Он перешучивался со своим лысым водителем и, одновременно, наблюдал за происходящим с помощью своей неведомой зверушки. Когда представление закончилось, парень широко улыбнулся и сказал.

— Врага всегда нужно держать в напряжении! — чем заработал недоумённый взгляд водителя.

После чего просто махнул рукой, и продолжил трёп ни о чём.

Интерлюдия. Шнырька

Прошлая жизнь

— Как ты вообще терпишь этого засранца? — пробурчал Старый Мак, пытаясь вытащить из своей густой бороды скорлупки от яйца.

— Ш–ш–ш-шам дурак! — раздалось сверху, и ещё одно яйцо почти упало ему на голову.

Но в этот раз старый Охотник был начеку и, перехватив яйцо над макушкой, ловко запустил его в появившегося вдалеке весело хихикающего Шнарка. Ожидаемо, яйцо снова исчезло, и снова с неожиданного ракурса полетело в Охотника. Мак опять его поймал, и запустил в борзую зверюшку.

Я улыбнулся, глядя на это представление. При всём своём брюзжании, Мак по–отечески любил меня, а следовательно, и моего маленького питомца Шнырьку. Но они никогда не упускали возможности подколоть друг друга. Нечеловеческая реакция старого Охотника против «хождения в тени» маленького Шнарка. Я уже устал вести счёт, но, кажется, с этим яйцом в бороде Шнырька вырвался вперёд.

Я пригубил горячий пряный эль, сваренный матушкой Тальгой, гостеприимной хозяйкой большого трактира «Радость Охотника». Матушке Тальге не был чужд маркетинг — трактир располагался на окраине городка, почти под стенами крепости Охотников. По роду своей службы мы редко были «дома». Но когда мы сюда возвращались, то, как правило, наши карманы трещали от золота, которое на что–то нужно было потратить. И тогда из знаменитого погреба «Охотника» доставались самые лучшие выдержанные сорта эля, недоступные для обычных горожан. Матушка бессовестно ломила за них конскую цену, но никто не был против. Насильно никого не заставляли. Хочешь — бери обычное пиво, а хочешь — заплати за нормальные напитки. Да, и чего греха таить, успешный Охотник (а большинство Охотников были либо успешными, либо мёртвыми) мог себе это позволить.

Сейчас в Крепости находилось, кроме обязательной «охранной дюжины», а вместе с Гранд–Мастером — «чёртовой дюжиной», всего пятеро Охотников.