Да уж не для того ли она выходила замуж, чтобы покончить с влюбленностью в Руслана?"

"Эта мысль показалась ей такой щемящей, такой печальной…

И как странно, что они встретились сегодня! На берегу стынущей реки, словно герои романа… Словно сама судьба вела их навстречу друг другу…

«Какая еще судьба? – строго одернула она себя и прибавила шаг. – Твоя судьба уже определилась. Ты – замужняя женщина». Скорее, скорей – в объятия Константина, к мужской надежности, простой и понятной, как хлеб!

Но в номере ее никто не ждал, а звонить мужу Женя стеснялась – вдруг ее звонок оторвет его от каких-нибудь важных дел? Работа для мужчины – прежде всего, говорила Наталья Павловна.

Она открыла шкаф, в котором были аккуратно развешены и разложены ее новые вещи, и, немного подумав, переоделась в шелковую пижаму. Когда Константин возвращался поздно, они ужинали в номере.

Завернувшись в шаль, Женя устроилась в уютном кресле, включила бра и утонула в очередном романе…

* * *Как обычно, после ссоры на Милу накатил стих тоскливого уныния. У нее была одна губительная для семейной жизни черта: в каком бы ажиотаже она ни пребывала, как бы ни была зла, всегда принимала аргументы противной стороны близко к сердцу, находила в них рациональное зерно и что-то вроде справедливости и начинала терзаться не только обидой, но еще и собственным несовершенством.

Обращаться же к мужу в такие моменты было все равно что к идолу с острова Пасхи. Злясь, он становился глух к доводам рассудка. Да и к звуку ее голоса вообще.

Отсюда и разные последствия ссоры для супругов: Михаил через полчаса забывал о размолвке, а для Милы она становилась предметом долгих внутренних переживаний, мучительного самоанализа, омраченного глухим чувством собственной правоты, которую ей никому не удалось доказать.

Но вчерашняя ссора была особенной. Впервые они повздорили из-за денег. Михаил, не посоветовавшись с нею и даже не предупредив, купил Вове новый телефон. Просто так, не в связи с какой-либо датой. Хотя Вовин старый сотовый был, на взгляд Милы, вполне еще ничего. Лучше, по крайней мере, чем допотопная трубка Жениного мужа-бизнесмена.

Она мягко пыталась объяснить, что такие крупные траты нужно согласовывать, тем более теперь, когда предстоит оплачивать уроки Гринберга.

И если на то пошло, справедливее было бы купить что-то Валере. Ах, оказывается, Константин, благоволя новому малолетнему родственнику, уже подарил Валере айфон! И, чтобы Вова не чувствовал себя обделенным, Михаил рванул в магазин.

Мила хотела объяснить, что одно дело – баловать ребенка, и совсем другое – делать подарки восемнадцатилетнему жлобу, который давным-давно сам должен зарабатывать себе на развлечения.