Приходил, помогал, не требуя взамен ни признания, ни благодарности. Постепенно приучал ее к своему присутствию в их жизни и к тому, что он не враг. Да, порой выть хотелось от желания прикоснуться, но свои желания Миша давно задвинул на задний план — это цена ошибки, совершенной в прошлом, и он был готов заплатить сполна.

— Когда вы встречаетесь?

— Почти каждый день. Вчера в поликлинику их возил на плановый осмотр, Темке уже месяц исполнился.

— Маленький юбилей?

— Да. Я сейчас к ним поеду. Подарок надо отвезти, — кивнул на коробку.

Там лежало что-то яркое и непонятное. Но консультант в детском магазине сказал, что по возрасту самое то.

— Дерзай, — Измайлову очень хотелось, чтобы у Краева со Златой все наладилось."

"За друга-идиота переживал и за саму Злату, к которой всегда относился как к сестре. Со своей стороны он делал все возможное, а именно не позволял Ане влезать со своими едкими комментариями и накручивать Злату. Жена была слишком категорична и, что уж отрицать, во многом права, но эти двое по-прежнему любили друг друга и ребенок общий. А, значит, надо как-то исправлять. Женя очень надеялся, что Краеву хватит мозгов, чтобы вытянуть их из пропасти.

Златка явно была не в настроении, потому что, когда позвонил и предупредил о том, что приедет, ответила недовольным бурчанием и бросила трубку. Он уже привык к постоянным колючкам, поэтому стиснув зубы, упорно шел дальше.

Легко было с Любой кувыркаться? Теперь расплачивайся. Все правильно.

Несмотря на то, что она жамкнула кнопку домофона, запуская его в подъезд, дверь в квартиру оказалась закрыта. Звонить было страшно, вдруг Артем проснется, поэтому аккуратно постучал по металлическому косяку. Тишина. Постучал еще раз. Внутри ни звука.

И только после того, как отбил дробь в третий раз, щелкнул замок и дверь распахнулась. На пороге стояла хмурая, растрепанная Злата. С красными глазами и таким подавленным видом, будто только проснулась.

— Все в порядке?

— Нет, чувствую себя плохо, — обронила и пошла обратно в комнату.

Вымыв руки и раздевшись, Миша отправился следом, и обнаружил ее на диване, под толстым одеялом. Злата лежала с прикрытыми глазами, свернувшись клубочком, и стучала зубами.

— Ну-ка, — он сел рядом с ней и приложил руку ко лбу. — Горишь вся.

Злата что-то сонно пробубнила и попыталась отстраниться, но сил не было. Даже когда он нашел градусник и запихал его под подмышку, и то не остановила.

Столбик ртути дополз до тридцати девяти с половиной и остановился.

— Мда, — как лечить кормящую мать, Краев не имел ни малейшего понятия, поэтому ограничился сырым полотенцем на лоб и вызвал врача. По счастливой случайности он оказался у пациента в том же доме, и спустя двадцать минут уже звонил в дверь.