"

"И все же он с маниакальным упорством продолжал искать с ней встречи. Следил за Аней, в надежде, что она выведет его на Злату, но та строго по маршруту — работа-универ-дом. Подговорил Измайлова залезть к ней в телефон, но там было пусто. Ни звонка на неизвестный номер, ни сообщения. Аня тщательно все вычищала, прекрасно понимая, что Женя попытается помочь другу.

Никаких хвостов. Никаких зацепок.

— Она будто сквозь землю провалилась, — выдавил из себя, сидя днем в пустом баре. Перед ним стоял стакан с соком. После того, как он своими руками все разрушил, Краев поклялся, что больше в жизни к спиртному не притронется.

— Появится, — хмуро возразил Измайлов, — у нее универ. Она его не бросит из-за тебя. А значит, рано или поздно придет.

Скорее поздно. Когда все переварит, проглотит и с корнем вырвет из себя лишние чувства к одному придурку.

Так жутко было ощущать эту грань, когда отношения, делающие счастливым, в один миг переходят в разряд бывших. И ты готов на все ради продолжения, а шансов нет.

— Анюта говорила, что у вас важное собрание на следующей неделе. Я уверен, Злата появится…но не уверен, что захочет с тобой говорить.

— Черт, — Краев сжал стакан, так что тот хрустнул, — я сдохну.

— А смысл? На твои похороны она все равно не придет.

— Это ты меня так поддерживаешь?

— Мих, мне тебя не поддерживать охота, а по морде надавать. Я до сих пор жалею, что не сделал это в начале того вечера. Вот чего тебе не хватало? Зашибись ведь все было. А теперь что? Златка в бегах, Анька лютует и требует, чтобы я прекратил с тобой общаться. Ты сам — на покойника похож. Неужели оно того стоило?

— Нет, — просто ответил Михаил, — не стоило.

— Иди. А то твоя кислая морда уже осточертела.

Дома было тошно. Запах ее духов, вещи в шкафу, зубная щетка на в стакане на раковине. Все на месте. Только главного больше нет.

Он повалился на кровать и прикрыл глаза. На душе было так скверно, хоть волком вой. Подушка на пустой половине кровати пахла Златой. Миша подтащил ее к себе, сгреб в охапку и жадно, полной грудью втянул воздух. Больше ему ничего не оставалось.

***Краев раньше и не подозревал, что так хреново может быть от эмоций. Что эта боль посильнее, чем физическая, и лекарств от нее нет.

Лучше бы скандал был. С битьем посуды, обвинениями, слезами. Хоть какой-то контакт, возможность что-то исправить, сказать, а так полная беспомощность и ощущение, что время безвозвратно уходит. С каждой секундой пропасть между ними разрасталась, а шансы, и без того ничтожные, стремительно приближались к нулю.

Одна надежда была на собрание аспирантов. Как бы Злата не стремилась избежать встреч с ним самим, как бы не пыталась вычеркнуть его из своей жизни, но универ для нее — это святое.