— Князь хоть ведает, что подарки надобно готовить, али дружина такая для напоминания идет?"

"— Иван Крошинский на сестре моей Аглае женат, боярин. Нешто родичу железом о чем-то напоминают?

— Иного родича не то что железом, веревкой пеньковой встретить хочется, — вздохнул порубежник и махнул рукой: — Проезжай!

— Однако… — покачал головой Андрей. — Почти взвод при полном вооружении через границу идет, а стража смотрит, будто так и надо.

— А с чего бы им беспокоиться, сын? — пожал плечами Василий Ярославович. — Мы ведь не просто так, мы к князю Крошинскому едем со всей открытостью.

Опять же, вспомни легенду про Пятый крест. Земля округ русская, и люди русские. Попробовал бы с дружиной в земли ордена так проехать… У-у… Все бы железо, кроме разве сабель, отдать бы заставили. Опять же, по обычаю древнему, все русские люди вольными в выборе господина считаются. Желаешь, Новгороду под руку идешь, желаешь — Москве, желаешь — Литве. Да хоть Польше! Боярин в любой час волен со всей дружиной к иному двору отъехать, и за то корить его не должно, и имение его правитель прежний забирать в казну али разорять права не имеет. Как бы князья дружину свою пополняли, коли стража их каждого оружного холопа останавливала да прочь гнала? Войны у нас с Литвой ныне нет, оттого и ездить мы вольны, куда желаем да как желаем.

— А вдруг мы сейчас возьмем да разграбим какую-нибудь деревню?

— Кто сбежит, у кого дом загорится, кто сам стог сырой запалит, — пожал плечами боярин. — Тревога начнется, бояре окрестные холопов в седло поднимут, стражу порубежную враз дружиной крепкой усилят. Назад уйти не дадут, никак не дадут.

Загонят в чащу да вырежут там всех до единого. Маловато нас силой прорываться.

— А после того, как замок возьмем? Тогда как вырвемся?

— То не наша, то князя Крошинского забота. Он ведь дороги разведывал да замок доглядывал. Должен придумать…

Литовскую порубежную заставу они миновали где-то через час после выхода в путь, а уже к полудню увидели впереди поднимающиеся в небо дымки.

— Вот и Дрисса[14]… — кивнул боярин.— На Наума-грамотника[15]уговаривались с князем встретиться. Аккурат к сроку и попадаем.

— Что такое «Дрисса»? — поинтересовался Зверев.

— Крепость такая, — ухмыльнулся боярин. — Да ты на названье не гляди, твердыня ладная. Обороняться умеет.

На самом деле Дрисса оказалась довольно крупным и шумным городом, обнесенным низкой земляной стеной с частоколом, за которой далее виднелась рубленая цитадель, возвышающаяся над наружной стеной метров на десять.

Впрочем, отряд боярина Лисьина в город заезжать не стал. Вокруг Дриссы раскинулись широкие посады: изрядное количество огородов и дворов.