Мы проделали в этом поле проход, и саперы перед наступлением могут проделать еще несколько. Но дальше, за минными полями, немцы устроили засаду. Там тянутся две линии вражеских одиночных окопов, которые должны сдержать наше наступление и предупредить основные силы о начале атаки. А все высоты заняты немецкими оборонительными сооружениями, рядом с которыми закопаны танки. Это здесь, здесь и здесь. – И он указал на карте линии немецкой обороны. – Далее тянется вторая оборонительная линия. Мы ее обошли по болоту. Вообще должен сказать, что заболоченные участки немцы не прикрывают, они считают, что там наши войска не пройдут.

– А ты считаешь, пройдут? – спросил полковник Городовиков.

– Да, товарищ полковник, пехота пройти может, – заявил Шубин. – Надо только на ноги такие опоры надеть вроде лыж. Тогда группы пехоты могут зайти в тыл врага и напасть на его позиции с тыла. А еще дальше на запад у немцев расположены аэродромы. Мы были на одном таком аэродроме, где базировались «Мессершмитты». Их сорок пять штук. Сейчас, правда, на одну машину стало меньше – один самолет мы уничтожили.

– Даже самолет уничтожили? – удивился генерал Рейтер. – Ну, тут ты совсем молодец!

Шубин не отреагировал на похвалу, а продолжил доклад:

– Надо признать, что в направлении на Сычевку враг выстроил очень плотную систему обороны. Все дороги заминированы, высоты заняты немецкими окопами. В направлении на Карманово оборона не такая плотная. Мы нашли опорные пункты вот здесь и здесь. Из второго пункта мы хотели привести «языка», но, к сожалению, не получилось.

– Ничего, мы и без «языка» обойдемся, – сказал командующий армией.

– Пожалуй, главное я доложил, – проговорил капитан. – Все немецкие пункты, а также минные поля нанесены на карту. В общем, в направлении на Карманово в немецкой обороне есть прорехи. Ими можно воспользоваться.

– Что ж, Шубин, отличная работа, – подвел итог разведки генерал Рейтер. – Давай теперь повтори все вышеизложенное моему начальнику штаба, только теперь детально, данные по каждой сотне метров. Потом можешь пару часов отдохнуть – и в пять утра пойдешь со своими ребятами во главе первой колонны форсировать Вазузу.

Большая часть участников совещания разошлась, чтобы начать подготовку к наступлению. А Шубин еще час оставался в штабе, помогая начальнику штаба переносить данные с его карты, разрезанной на кусочки, на большую штабную карту. И только потом смог вернуться к себе в роту. К своему блиндажу он шел, едва волоча ноги. Только теперь капитан понял, как устал за эти два дня.