– Что? Как? Ты же так хотела есть. Или решила мной все же закусить? Я очень даже согласен! – намекая на интим, выдал парень, сверкая от счастья.

– Воздержусь, – пролепетала, стараясь смотреть куда угодно, только не на наши тарелки. От своей – внутренности скручивались в желе, а от его… Я лучше промолчу.

Через десять минут мой желудок прилип к спине. Я смотрела, с каким удовольствием уплетал парень еду, и решила притвориться чуть больной. Уже пообщались. С меня довольно. Выдавила измученную улыбку и как можно жалобнее пробормотала:

– Кирилл, я, пожалуй, пойду, – положила ладонь на лоб.

Мне уж очень не по себе.

– Да? – с полным ртом уточнил он, тут же поднимаясь, вытираясь салфеткой, поспешно добавляя: – Я провожу тебя!

– О нет! Я тут в аптеку зайду еще… и еще в такое место, куда мальчикам нельзя, – поспешно добавила, уже представляя, как найду нормальное кафе и закажу себе что-нибудь вкусненькое.

– Но зайчонок, твой лапуля… – постаралась улыбнуться этому лапуле, когда он кривился, выпячивая губы. Да, красивый, но невероятно раздражал. Не понимала, как вот в него можно влюбиться. Черт. Да мне так и хотелось заехать ему.

Поднялась и, отмечая, как красавчик тянется с поцелуем, резко схватилась за рот и прошептала:

– Ой, мне нужен свежий воздух. Не переживай, я на такси.

Кивнула и пошла вперед, всем искусственно кивая, улыбаясь, а когда встретилась с озадаченным лицом телохранителя, полностью проигнорировала.

Только вышла… и сразу захотелось жить, дышать и особенно перекусить. Три минуты дышала, а потом начала вертеться по сторонам, выискивая зорким взглядом что-нибудь интересное.

Черт. У меня даже голова заболела от такого свидания. У богатых они невыносимо ужасные.

Посмотрела по сторонам и, заметив эмблему «KFC» довольно ухмыльнулась и пошла туда. Сомневалась, что дома смогу поесть. Мне еще предстоит поговорить с Лизой и Антоновым – думаю, потом мне будет не до еды. Обернувшись, заметив, что совсем ресторана не видно, поспешила поскорее через дорогу, уже предвкушая будущий ужин. Люблю вот такую нездоровую гадость. Нет, домашняя – самая вкусная, но меня ей особо не баловали. Нужно отметить, у тети никогда ничего не получалось. Все покупное. Она даже пирожки в угольки превращала.

Я сама лучше готовила, хоть и самоучка. Но месить тесто, печь, варить на себя одну – это слишком много и долго. Я, конечно, уменьшала, но порой ела одно целую неделю, отчего уже тошнить начинало. Но большую часть времени… после всех работ я уставшая плелась домой и валилась на кровать без задних ног.

Оказавшись в заведении, где было все так же, как и в нашем городе, заказала через терминал себе всего-всего и, вытащив свою карточку, расплатилась. Не хотела той, что мне выдали, чтобы никто не нашел. Так надежнее.