Он прыгнул прямо на нее. Убил, в трех километрах от города, за Старокаменным мостом.

Такие новости заставили всех на минуту замолчать. Ученик кузнеца сочувственно положил руку на плечо Картера:

— Проклятье. Она же добрая была, как ягненок. Не кусалась и не брыкалась, когда ты приводил ее подковать. Лучшая лошадь в городе. Проклятье. Ну что ж… — Он запнулся и беспомощно огляделся. — Что ж теперь скажешь.

Наступило неловкое молчание. Джейк и Коб переглядывались, остальные же, казалось, потеряли дар речи, не зная, чем утешить друга.

В тишине в круг протолкался трактирщик, ловко обогнул Шепа и принялся выставлять на стол то, что принес: миску с горячей водой, ножницы, немного чистого льняного полотна, какие-то стеклянные бутылочки, иглу и моток ниток из кишок.

Коб наконец вырвался от Джейка.

— Говорил я тебе! — повторил он, грозя пальцем. — Эти люди убьют за пару пенни, не то что за лошадь с телегой. Что теперь делать-то будешь? Сам телегу таскать? — Джейк снова попытался утихомирить его, но старик совсем разбушевался: — Я всего-навсего говорю правду в глаза. А уж что с Нелли вышло, так просто позор. Пусть он хоть теперь послушает, а то, глядишь, и вовсе без головы останется. Во второй раз так просто не отделаешься.

Губы Картера сжались в тонкую линию. Он бросился к столу и рванул край окровавленной попоны. То, что лежало внутри, видимо, зацепилось за ткань и только перевернулось. Картер дернул сильнее, раздался стук, будто на стол уронили мешок плоских речных камней.

Из попоны выпал паук — огромный, как тележное колесо, и черный, словно уголь.

Ученик кузнеца отскочил назад, опрокинув стол и едва удержавшись на ногах. Лицо Коба словно обвисло. Грейм, Шеп и Джейк вскрикнули и испуганно отпрянули, закрыв лица руками. Картер тоже сделал судорожный шаг назад. Тишина расползлась по комнате, как холодный пот по спине.

— Не может быть, чтобы они зашли так далеко на запад, — нахмурившись, пробормотал трактирщик.

Если бы не молчание, его вряд ли бы кто-нибудь расслышал. Но теперь все взгляды оторвались от чудища на столе и обратились к рыжеволосому трактирщику.

Первым подал голос Джейк:

— Ты знаешь, что это такое?

— Скрель, — рассеянно ответил трактирщик, не глядя на фермера. — Я-то думал, горы…

— Скрель? — взвился Джейк. — Почернелое Господне тело, Коут! Видал ты таких раньше?

— А? — Трактирщик словно вспомнил, где находится, и внимательно посмотрел на Джейка. — Да нет, что ты. Конечно же, нет. — Заметив, что стоит ближе всех к твари на столе, Коут сделал тщательно выверенный шаг назад. — Так, слышал кой-чего. Помните того торговца? Ну, который приезжал два оборота назад?

Все кивнули.

— Этот гад пытался всучить мне двести грамм соли за десять пенсов! — пожаловался Коб — в сотый, наверное, раз.