Меньше чем через десять минут я шла по городу рядом с Элем, а в сумке лежала перевязанная алой лентой бумага о том, что я являюсь официальным жителем этого мира.

Я свернула в сторону рынка, вспомнив, что в той стороне видела вчера лавку со сладостями. Эль не стал возражать. Он как раз перечислял мне, какие сладости на какие земные угощения похожи, когда мы вышли на небольшую площадь. Вчера на ней стоял пустой столб, зачем-то увешанный металлическими кольцами. Я тогда решила, что это для привязывания лошадей, и даже не стала спрашивать ни о чем у Эля. Но сегодня вокруг столба толклись зеваки, неприятного вида тип оживленно о чем-то вещал, а к столбу, за те самые железные кольца, был привязан человек. У меня заныло сердце. За что его так? Длинные волосы растрепались, одежда помята и порвана, весь в грязи. Повис на веревках так, что лица за волосами не видно, а путы сильно врезались в кожу.

— Эль, — я робко потянула Хранителя за рукав. Может, это вор или убийца, и я зря жалею того парня?

— Он всё врет, — неожиданно процедил сквозь зубы Эль, глядя на противного разглагольствующего мужика. Руки Хранителя сжались в кулаки, губы поджаты. Он тоже чувствует, что происходящее — не правильно?

— Эль, давай ему поможем, — я перевела взгляд на измученное тело у столба. Что нужно, чтобы его освободить? Выкупить, заступиться, украсть?

— Я не могу, — с болью в голосе произнес братец и взял меня за руку. — Я должен беречь и охранять тебя, но не могу вмешиваться в события, происходящие в мире, — пояснил он в ответ на моё недоумение. Так бы сразу и сказал!

— А если это будет моё решение? — пришла очередь Элю удивляться. — Если я сама полезу его спасать, ты ведь будешь вынужден мне помогать?

Братец, поняв, что я задумала, чуть заметно поклонился и с лукавой улыбкой заявил, что не смеет противиться воле и решениям своей Хранимой. Я, вздохнув поглубже, быстро потопала вперед, пока не передумала. Эль непонятным образом постоянно оказывался между мной и толпой зевак, так, что мы очень быстро оказались рядом с противным мужиком. Прервав полную эмоций речь о том, что привязанный у столба виноват во всех бедах человечества, я безапелляционно заявила:

— Он пойдет с нами! — и махнула рукой в сторону столба. И откуда только смелость взялась?

Эль уже успел отвязать невинно наказанного от столба и взвалил его на плечо, словно мешок картошки. Приобнял меня за талию, напоследок показал выпучевшему глаза противному мужику горящие глаза и шевелящиеся волосы и повел меня прочь.

В нашей таверне Эль сразу завернул на лестницу, не заходя в общий зал. На ступенях нос к носу столкнулись с прислугой, с одним из тех парней, что вчера таскали бадью. Брат что-то ему сказал и, поправив на плече свою ношу, бодро потопал вперед.