«Главное, чтобы знала, что для чего, а на рынке можно и пальчиком показать», — улыбался он. Тем более, как я поняла, в разных концах страны некоторые растения называются по-разному."

"Ближе к обеду Эль насторожился и знаком показал, чтобы вела себя тихо. Потом стал идти крадучись, и скоро даже я услышала, что где-то поблизости ходят люди. Хранитель замер, какое-то время прислушивался к едва различимым голосам, а потом уверенно повел меня им навстречу. Было немного страшно — первые люди, которых я увижу в этом мире! Кто они, какие? Из деревни, о которой говорил Эль?

Но правда жизни оказалась совсем иной. Это были разбойники, и они как раз обсуждали, где устроят засаду на знатного маркиза и как станут делить добычу, когда меня, как козу на веревочке, за руку вывел к ним Эль.

Мужчины опешили. Я, осознав, где нахожусь, тоже. Типы явно бандитский наружности, в одежде по типу «у кого что отобрали то и нацепили», несколько костров и «палаток» из лапника вокруг них. При нашем появлении все похватали в руки всевозможные страшилки: дубинки, ножи, где-то мелькнул топор, у ближайшего костра молодой парень с луком в руках растеряно смотрел на товарищей, не зная, что ему делать. М-да. «Робингуды».

— Эй, юнец, ты чего здесь забыл? — самоуверенно спросил один из тех, что был к нам ближе всего. Второй заржал:

— Да он нам девку при… гхм… — мужик подавился словами и вылупился на нас, словно призрака увидел. Я выглянула из-за плеча Эля и убедилась, что тишина на поляне наступила неспроста и все, как один, смотрят в нашу сторону. На всякий случай оглянулась — нет никого. А потом подняла взгляд на Эля… Бледное лицо словно окаменело, волосы сами собой шевелятся безо всякого ветра, глаза горят ярче фонариков. Мамочки!

— Мне нужен ваш предводитель, — деревянным голосом, от которого, казалось, вздрогнули да же те, кто был на другом конце стоянки, сообщил Хранитель. Волны силы, исходящие от него, ощущала даже я, ничего не сведущая в этом вопросе. А бандиты — те взирали на него со священным ужасом. Мы так во все города и деревни приходить будем? Или это шоу исключительно ради местных «робингудов»?

— Я предводитель, — прогромыхал, появляясь из палатки, мужчина лет сорока-сорока пяти на вид. Косая сажень в плечах, рост метра два, волосы и глаза темные, в прошлом неоднократно сломанный нос. Одет во все бурое и серое, куча ножей и непонятных штук на поясе. Если тут у людей в 200 лет только наступает совершеннолетие, и выглядят они в этом возрасте примерно как Эль, то этому, наверное, почти 500! Я вдруг почувствовала себя возмутительно юной. Неуютное ощущение, и странное, словно холодок где-то внутри.

— Что нужно сыну Мира от нас, отвергнутых всеми разбойников?

— Я прошу честных людей присмотреть за моей подопечной, пока я отлучусь.