Я не знаю языков этого мира, и без Хранителя никто не поймет меня. Я обратилась к ней, как сумела, чем изрядно напугала женщину. Она оглядывалась по сторонам и что-то упорно спрашивала, а я отвечала одно и то же:

— Я не понимаю…

Слезы против воли потекли по щекам. Незнакомка подошла ближе и снова что-то спросила, уже более миролюбиво. Я покачала головой в ответ и развела руками:

— Я не понимаю…

Женщина окинула меня оценивающим взглядом и поцокала языком. Ну да, вид совершенно не подходящий для похода по пустыне. Тонкая футболка с коротким рукавом, голова непокрыта, тесные брюки и неподходящая обувь, которые из-за пота и песка натирают кожу.

Незнакомка еще раз оглянулась по сторонам, пристально вгляделась в моё лицо темными, как ночное небо глазами, молча взяла меня за руку и куда-то повела."

"Поднявшись на холм, я увидела чуть впереди зеленеющий оазис и прилепившиеся к зеленой полосе со всех сторон дома. Я облегченно выдохнула: «Ура!», и уперлась руками в колени, перевести дух. Незнакомка очень шустро передвигалась в песках, я же за ней не успевала, то и дело проваливаясь по щиколотку. Женщина на мою радость хмыкнула и махнула рукой вперед.

С новыми силами я последовала за ней. Когда мы подошли ближе, удалось рассмотреть, что крыши домов покрыты пальмовыми листьями, а стены сделаны то ли из глины, то ли из склеенного чем-то песка. Вместо двери шкура, перед входом возится ребенок, девочка лет семи.

На окрик хозяйки из дома выбежали еще двое малышей, мальчики. Закутанные в многослойные одежды, которые должны были защищать от палящего солнца, с короткими волосами, чумазые. Женщина стала ругать их и показывать на головы. Правильно, нельзя выходить под такое солнце с непокрытой головой! Я улыбнулась ребятам, но они с опаской на меня косились.

Женщина загнала малышей в дом, завела меня следом, усадила на лавку у стены и оставила на попечение девочки. Сама подхватила огромный глиняный кувшин и вышла на улицу. Я робко оглядывала жилище. Оно состояло из одной круглой комнаты, без окон. Свет проникал через отверстие в центре крыши, и туда же уходил дым от очага в центре помещения. Вдоль стен шкурами было огорожено несколько «углов». Как я позже узнала, там были набитые сухими пальмовыми листьями и покрытые шкурами лежанки. Туалет располагался снаружи, чуть поодаль, что при жаре было разумно. И мух нет, и болезней меньше. Вернулась хозяйка с тяжелым кувшином. Коротко взглянув на меня, перелила воду в емкость с широким горлом. Девочка, зачерпнув оттуда кружкой, принесла воду мне. Поблагодарив, я аккуратно взяла подарок и жадно выпила всё до капли. Женщина, скрывшись за одной из шкур, принесла стопку одежды и положила возле меня на лавку.

— Курэа, — она показала на вещи и на меня.