Чувство защищённости разливалось по телу, хотелось, чтобы он не отпускал мои руки никогда.

Его тёплые пальцы коснулись моей щеки.

– Ренгель, не беспокойся, я совершенно не расстроена. Просто наши планы чуть сдвинулись.

Поцеловала Рена в щеку, услышала детское «бе» от дверей дома, улыбнулась и рассказала, что придумала в отместку.

– Не сомневайся, всё, что принадлежит нам, мы заберём, пусть только попробует не отдать, – Рен смотрел на меня, не отводя взгляда.

Наверное, ждал, что ещё подарю поцелуй. Я не стала расстраивать мужа и целых три раза поцеловала. Прикасаясь к его коже, чувствовала тонкий аромат скошенной травы и малины.

Основную массу вещей собрали в этот же день, так как Рену нужно будет успеть завтра и в лес, и в город за лошадью и кибиткой. А за завтра мы с братьями и сами соберём всё, что осталось. Муж предложил не продавать осла и телегу, а если получится идти в обозе, то нагрузить маломальской мебелью.

Ближе к вечеру странно звякнул колокол на центральной площади, мы с Реном переглянулись. Может, кто нечаянно? Но через несколько минут тот же звук повторился.

– Лилиан! Ты дома? – за воротами надрывалась Гентли.

Вот же сорока неугомонная. – Сейчас самое интересное пропустите. Идём на площадь! – она забарабанила туфлей по воротам.

– Что случилось? Пожар, потоп, нашествие магов? – распахнув ворота, набросилась на подругу.

– Да нет же, собирайся, тебе понравится, – она ухватила меня за руку. – Бок так колет, и почему вы так далеко живёте, чуть не померла, пока добежала. Идём, подруженька.

Рен молча закрывал ворота, братьев оставили дома.

– Да скажи толком, что произошло? – но Гентли тащила меня за руку и лишь улыбалась.

– Бежим, а то без нас всё произойдёт.

Вновь отрывисто прозвенел колокол."

"Глава 47. Требую развода

На площади было многолюдно.

– Роттен, успокойся, вся деревня сбежалась, – староста пытался оттащить пьяного дядьку от колокола.

– Вся? Ну раз вся, то тогда требую суда и развода! – он, повизгивая, обводил взглядом толпу.

– Роттен, что ты несёшь? Успокойся, – староста хватал за руку разгорячённого соседа.

Осмотревшись, заметила, что на ступеньках одного из зданий сидит поникшая тётушка Петти, рядом с ней две служанки.

– А ты мне рот не затыкай, староста, лучше суд начинай! – пьяный-то пьяный, а с лёгкостью оттолкнул главу деревни, да так, что тот еле на ногах устоял.

– Так тому и быть, вынести стол, стулья, и мне нужны три свидетеля, – громко объявил Олден.

– Гентли, а чего ты такая счастливая была, когда ко мне прибежала? Это же твои будущие родственники сейчас позорятся на площади, – приблизившись к подруге, прошептала той на ухо.

– Уже нет, – нахмурилась та в ответ. – Не будущие. Не пойду замуж за твоего братца.