Не успели мы спрятать не до конца покрасневшие перцы в замечательную коробочку, как в ворота вновь постучали.

– Добрый день, хозяева, — утирая потный лоб платком, староста перевёл дух. – Ох и жара, воды не подадите?

Жара не жара, а позади главных героев разворачиваемой драмы собрался народ, и немало.

– Что ещё мы должны пояснить? – не улыбаясь, поинтересовался Рен.

– Я хотел как лучше, по-родственному, – взвился Роттен. – В такой тяжелый момент лишь ваш огород плодоносит как несколько полей. Вы столько раз ездили в город, накопили денег. Обязанность детей — кормить родителей и стариков рода! Тем более когда пришла беда! – выступал дядя, похоже, крепко его прижало с долгами.

– Да только у Лилиан нет родителей, а вы, ближайшие родственники, просто продали её, словно… – Рен сдержался и не стал обижать меня своими словами. – Есть документы, свидетели, выкуп немаленький, спрашивайте у вашей жены, где деньги. Хватит и на еду, и на выплату долгов.

На последних словах дядька дёрнулся словно от удара.

– Ваша жена подписала документ о том, что Лилиан и её братья полностью переходят в род Ренгеля и больше не имеют к вам отношения, – подтвердил староста.

– Ах так! Ну хорошо… – краснел и сжимал кулаки Роттен. – Но урожай, люди, что живут в деревне…

– Сколько живу в деревне, никогда поддержки не видел, – возмущённо перебил Ренгель и потёр лоб. – Понимаю, что часть урожая не устраивает вас, – он обвёл взглядом притихших жителей. – Хорошо, продам дом и землю, как найдётся покупатель, то сразу и уедем! Кто предложит цену?

– Никто не предложит! – закричал дядюшка. – Так как дом тебе никогда не принадлежал, я его выкупил у хозяина, пришлось попотеть, чтобы найти его, но я смог, – тот чуть не скрежетал зубами.

– Этого не может быть, я отдал деньги за дом боевому товарищу, с которым кровь проливал. Врёте! – не сдержался Рен и повысил голос.

Глава 46. Милый Ренгель успокаивает жену

– У тебя есть документы на сделку? – Роттен, видя, что Рен не отвечает, аж возликовал: – А у меня есть, – он вынул из-за пазухи помятые бумаги. – Сейчас же собирайте вещи и выметайтесь из дома.

У ворот послышались возмущённые возгласы."

"– Мой дом, что хочу, то и делаю. Деньги уплачены! А так как я люблю свою деревню, то буду отдавать старосте половину урожая.

– Это правильно… вот это человек!.. – послышалось от ворот.

– Так, остановитесь, хватит кричать! – староста призвал к тишине, его глаза испуганно забегали из стороны в сторону. – Роттен, ты несправедлив. Пусть они и не откликнулись на мольбу близких им людей, но выгонять в тот же день на улицу?.. Дай два или три дня на сборы.

Дядька помолчал и произнёс:

– Хорошо, дам. Я не такой подлый, как моя племянница.