Не стеснялась есть и пить с нашего стола, одежду носить, подаренную нами… Да, я не такой! Время даю два дня, на третий утром вышвырну вон! И не вздумайте что-нибудь сломать или вырвать посадки. Точно, я прямо сейчас всё пересчитаю.

Родственник быстрым шагом направился к огороду.

– Рен, – прошептала я, надеясь, что он не даст жадному дядьке открыть дверь в холодильную комнату.

– Всё будет хорошо, – муж прикоснулся к моей руке и тут же догнал пыхтящего мужчину.

Я в недоумении смотрела на старосту, тот лишь отводил глаза. На огород за мужчинами не пошла, лихорадочно соображала, что же делать с запасами, которые находятся в холодильнике.

– Прости, Лилиан, я не подозревал, что так получится, – тихо заговорил староста. – Его сослуживец появился на пороге моего дома под ручку с твоим дядей. Пойми, я не имел права отказать в заверении продажи.

– Господин Олден, спасибо, что выбили для нас время на сборы, – мягко коснулась руки старосты. Тот почему-то дёрнулся и сделал шаг назад. Неужели до такой степени впечатлительный, что чувствует вину за подлость дяди? Всё же есть в деревне и хорошие люди.

Пока стояли и ждали возвращения мужчин с огорода, придумала пусть маленькую, но месть.

Нет, вырывать овощи и фрукты не буду, возможно, наступит такой день, когда этот урожай даст кому-то тарелку супа, но вот холодильную комнату жадным родственникам не отдам. Почему она работает? Да потому что там расположены кристаллы. Их мы и заберём с собой, на новом месте сделаем подобный погреб. Мысленно вздохнула, вспомнив сушильный шкаф, но кристаллы заберу и оттуда. Нет, шкаф сломаю, пусть и не практично, но у дядьки в доме есть прекрасная кухня.

Хлебное дерево было невероятно жалко, вечером подойду к нему и поговорю.

Смешно звучит, но вдруг у дерева из-за пчелёнка раньше времени зачатки разума или самосохранения проснулись? Попрошу его переместиться в лес, там тени много и пока не так жарко.

Мой мысленный план по сбору и мести прервал Ренгель, взяв за руку.

– Всё посчитал, всё запомнил, – дядя посмотрел на меня, вновь вытер платком лицо, качнул головой и, развернувшись, вышел со двора.

– Берегите себя, – прошептал староста и поспешил за деревенскими жителями.

Как только Рен закрыл ворота, то тут же подошёл ко мне.

– Лилиан, скажи, что ты не расстраиваешься, – он взял мои ладони в свои. – Все складывается не так уж и плохо. Ты только не переживай о доме. В этой деревне он стоит не так уж и дорого, даже если его продавать с холодильной комнатой, не больше пятидесяти серебряных бы выручили, хотя сейчас, во время засухи, и этого бы не дали, все отсюда бегут. Домишко старый, сама видишь, комнат мало, кухня так себе. Давно бы увёз тебя, да огород держал, а как правду узнали, так и он не нужен.