Кто ж знал?

– Пупсик, – ворчит Блейк, сидя в нескольких метрах от меня. – Я возбужден.

Хихикаю.

– Знаю, большой мальчик, но побудь крепким орешком. Оставайся на месте, пока не появится сюрприз.

Он хлопает себя по паху.

– А может, я сам устрою тебе сюрприз?

– Нет. – Я показываю на экран. – Сиди тихо и смотри игру.

От его преувеличенно сердитого выдоха я с трудом сдерживаю улыбку. Он пытается сорвать с меня одежду с того самого момента, как я сюда приехала. Но я жду доставку и не хочу, чтобы нас прервал дверной звонок. Конечно, просить Блейка держать ширинку застегнутой – это как просить собаку не лизать свои яйца, поэтому я до поры до времени сослала его на дальний конец дивана.

– Игра закончилась, – жалуется он.

Я бросаю взгляд на телевизор и понимаю, что он прав. Игру чикагской команды сменили новости.

– Тогда посмотри что-нибудь другое.

– Ладно. Сними одежду, и я буду любоваться тобой.

– Блейк.

– Что?

– Я вот-вот устрою лучший сюрприз в твоей жизни, – сообщаю я ему. – Все, что от тебя требуется, – это перестать ныть, как дошкольник.

Он поднимается с дивана.

– Хорошо. Тогда я иду в душ. – Он поднимает бровь. – И, может быть, там я потрясу своим змеем – как тебе?

– Если это тебя заткнет, то я только за. – Машу рукой в направлении прихожей. – Иди. Я присоединюсь, если доставка приедет до того, как ты выйдешь.

– С тобой скучно, малышка Джей.

Его громкие шаги оповещают о том, что он действительно уходит. Может быть, он сейчас и дуется, но он сразу же перестанет, когда увидит, что я ему приготовила. Я дрожу от предвкушения уже три дня.

Я слышу приглушенный звук текущей воды и одобрительно киваю. Хорошо. После того как в дверь позвонят, мы вряд ли сегодня вообще займемся сексом.

Тук-тук.

Я резко поворачиваю голову к двери. Какого черта? Никто не попадает в это здание, пока его не впустят по домофону. Консьерж в лобби следит за этим. К тому же курьер должен написать, когда будет внизу.

Я настороженно поднимаюсь на ноги и иду в прихожую. В двери нет глазка, поэтому я не убираю цепочку, когда слегка приоткрываю дверь.

В горле застревает воздух, когда я вижу Молли.

Ее красивое лицо мрачнеет, как только она встречается со мной взглядом. На нем появляется смесь шока, гнева и раздражения.

– Что ты тут делаешь? – спрашивает она.

Я заставляю себя оставаться спокойной.

– Кажется, более важный вопрос – что тут делаешь ты? И как ты сюда поднялась?

Молли поджимает губы.

– Можешь, пожалуйста, убрать цепочку? Это грубо.

То есть я тут грубая? Ха. И все же я открываю дверь немного шире. Но внутрь не приглашаю.

– Консьерж сказал, что мне можно подняться, – объясняет Молли, отводя взгляд. – Я сказала ему, что знаю Блейка.

О боже. Видимо, этот новенький.