— У вас своя? И молчали… А чем лечебница славится? – Надежда свела брови на переносице, будто вспоминая хоть что-то связанное с Пятигорьем.

— Вот на меня гляньте, Надежда Карповна. Я ведь в два раза ширше была, - вставила Саша и привстала, показывая себя. Ольга за десять минут до этого затянула и без того узкую талию Саши в корсет.

— Вы похудели там, милочка? – в глазах Надежды загорелся наконец тот огонек, который так хотела увидеть Саша.

— Да, стыдно признаться, сколько я весили. А сейчас вот… отбою нет от женихов. Всего три месяца Василь Васильич со мной занимался. Так ведь не только это. Я веселее стала, и матушка не нарадуется, - Саша заметила, что Надежда переключила свое внимание на Степаниду, и снова состроила матери рожицу, мол, давай, «не нарадуйся».

— И то верно. Ходила… бука букой, ни слова от нее, ни пол слова, а теперь вот рот не затыкается, а как в люди выходим, все внимание к Сашеньке, порой даже неудобно, что на других девушек не смотрят, - матушка наконец вошла в раж, и понесла таких небылиц, что Саша еле сдерживалась, чтобы не засмеяться.

— А дорого ли? – наконец, нужный вопрос прозвучал.

— Курс, что я прошла, всего четыреста тысяч, - успела ввернуть Александра, внимательно наблюдая за лицом «потерпевшей». В этот момент Саша чувствовала себя Остапом Бендером и боялась, что собственная честность может помешать, и сказать слишком низкую цену. А это могло ой как напрячь любительницу ездить самым дорогим билетом.

— Всего? – прозвучал еще один важный в ценообразовании вопрос.

— Ну и проживание, воды, обслуга… еще миллион, - чувствуя, как по спине потекла холодная струйка, выпалила Саша.

— Ну, это даже очень неплохо, хоть я и не видела той лечебницы.

— Ой, у нас же фотографические картинки есть, сейчас принесу, - вдруг подскочив, выпалила Олюшка и Саша напряглась.

— Я ей найти помогу, - выскочила за ней Саша, и поймала напарницу за руку уже в их комнате.

***"

"— Да стой ты, наконец! – Саша с трудом смогла остановить Ольгу, чтобы та не перевернула собранный уже саквояж с тетрадями на пол. – Что за самодеятельность? Что ты ей покажешь? Дом на полянке? У этой Надежды запросы, как у королевы Елизаветы.

— У какой Елизаветы? – наконец, оставив в покое тетради, обернулась Ольга.

— У слепой!

— Нет слепой королевы, я хорошо знаю, - у Ольги на лице явно прослеживался мыслительный процесс.

— Так, смотри сюда, Олюшка, - поняв, что с напарницей нужно обращаться нежнее, начала с улыбкой Саша. – Если ты ей сейчас покажешь плохое место, она убежит от нас, как от огня.

— Ничего оно не плохое! Ты сама восторгалась этим карточкам, когда батюшка их привез.

— Ладно, показывай быстро! – Саша уже сама с интересом потянулась к саквояжу и раскрыла его, чтобы Ольга достала нужное.

— Вот, - Ольга протянула Саше толстую тетрадь.