– А ты тут прям как дома, – заявляет, хищно прищурившись, Ник, как только Андрей выходит.

Но я выбираю другую тактику, потому что знаю, что не все так просто между нами, как кажется.

– Ты точно в порядке? – осторожно интересуюсь я, поджав губы. – Это не слишком странно?

– С тобой все странно, – глухо отвечает Ник, пожимая плечами. – Как твоя подружка, кстати?

– Хорошо. У нее все чудесно с Павлом, но она не стремится быстрее заселиться к нему, и это радует. Мы с ней помирились.

– Лады, – хмыкает он. – Рад, что не пришлось идти на благотворительность, чтобы вы…

– Не продолжай! – прошу я, закрыв уши руками, будто это может защитить от пошлостей Ника. – Давай пока без этого всего, окей? И Оксану не трогай, лады?

Я дожидаюсь кивка от Голицына, но все равно договариваю, чтобы закрепить результат:

– Просто больше не относись к ней как к запасной. Гипотетической. Теоретической. Вообще никак не относись, хорошо? Она заслуживает лучшего отношения.

– Ой, да не делай из меня сексуального монстра, а?

Андрей как раз возвращается к этим словам, вылетающим изо рта Ника, и тут же, будто специально, по-хозяйски обнимает меня за талию, встав рядом.

– Зачем пришел? – спокойнее спрашивает Аполлонов, который точно остыл и вспомнил, что неважно чувствует себя, потому как тут же жадно хватает третью чашку кофе за сегодня. Этот невыносимый человек считает, что это лучшее средство от головной боли.

– Я все решил, – заявляет Ник.

– Что решил? Подробнее. – Тон Андрея становится по-деловому строгим.

– Вашему Игорьку конец, тут все доказательства. – Голицын трясет в руках ту самую папку, которой размахивал в подъезде. – Шах и мат. А вы меня третьим не хотели! Я знаете вообще какой секс-стратег?

И секс-стратег выкладывает на стол кучу непонятных договоров, от вида которых Андрей довольно сильно напрягается.

– Я так понял, вы, Андрей Григорьевич давненько копали под дядюшку, да? – Ник широко улыбается довольный собой. – Все было уже готово. Мне нужно было только собрать сливки. Как котику."

"Боже, он неисправим. А я чувствую себя лишней, потому что ни черта не понимаю.

– Может, объясните мне, что тут происходит? Вы оба явно в курсе происходящего, – возмущаюсь я. – Мне же интересно!

Андрей смотрит на документы, принесенные Ником, как на внезапно обнаруженное сокровище. Пробегает глазами по листам и, подняв ненадолго взгляд, машет рукой Голицыну, мол, можешь говорить.

– Дианка, очень способная девушка, появилась, как ты знаешь, в фирме пару месяцев назад. И не просто так. Ее для Игорька нашел Андрей Григорьевич.

– Откуда ты… – Андрей на секунду отрывается от бумаг, а Ник задирает глаза к потолку так, что у него теперь не видно зрачков.

– Я секс-стратег. Мне что, повторять это снова и снова? Проявите уважение.