– А кому я доверю это дело, если золотые руки в этом городе только у меня? Ну же, Аня, соглашайся. Я сделаю все в лучшем виде, ты кончишь от удовольствия.

Я накрываю лицо ладонью и качаю головой. Он неисправим. А мне и правда пора взрослеть. Слишком много «не делала» в моей жизни уже напрягает. Мне через месяц двадцать два, а я даже не курила ни разу. Не то чтобы это мерило взрослости, но на самом деле я же столько всего хочу попробовать! И при этом трусливо прячусь за «я еще успею, я не доросла». За плечами скопилась уже тележка «на потом».

– Хорошо, – соглашаюсь я.

– Отлично. – Он потирает руки. – Бабочка, пчелка? Плечо, запястье, щиколотка? Пятка? Три педикюра – и прощай татушка, изи!

Я никогда всерьез не думала о татуировках, но почему-то точно знаю, что хотела бы видеть на себе. Открыв браузер, через поиск нахожу силуэтное изображение ворона в хроме.

– Хочу его.

Кажется, мне удается удивить Голицына.

– Интересный выбор.

– Это мое любимое стихотворение у По, – поясняю я.

– Без проблем, хоть третью сиську тебе нарисуем, лишь бы ты довольна была. Так, а где?

Ник разворачивается и тянется к альбому с карандашом, видимо чтобы набросать эскиз, а я в этот момент, недолго думая, выбираюсь из рукавов и стягиваю с себя топ.

"

"– Здесь, – почти шепотом произношу я, потому что громче не получается. А у Голицына, когда он оборачивается ко мне, откровенно отвисает челюсть.

Наверное, потому, что я показываю на место под грудью, рядом с небольшим родимым пятном. И наверное, потому, что на мне лишь тонкое кружевное белье.

Глава 26

Нужно отдать должное Нику, он пытается включить профессионала.

– Пойдем ко мне, я работаю только своим материалом, – произносит тише обычного, и это единственное, что его выдает.

Я уже сильно сомневаюсь в том, что поступила правильно, стыдливо прикрываюсь рукой, но все равно иду. Можно представить, что я в купальнике, это не конец света. Был уговор на татуировку – я сдержу слово. Голицын в любом случае увидел бы, что под одеждой.

– А разве алкоголь не запрещен? Он не разжижает кровь, все дела? – спрашиваю, когда мне вручают еще один полный стакан самодельного коктейля – какой, уже сбилась со счета. И рома в этой порции явно больше, чем колы.

– Не будь занудой, Ань.

 – Так непривычно, что он зовет меня Аней. Это смущает. – Если это помогает расслабиться клиенту, то почему нет?

У меня алкоголь, кажется, вызывает лишь дополнительное напряжение, но я молчу об этом.

– Так что, берем? – Голицын кивает на ворона, которого слепил на коленке буквально за пять минут. Он и правда гениальная сволочь.

– Ага. – Я наблюдаю, как он стелет одноразовую простыню на кушетку, медленно разуваюсь, скидывая лодочки, и все становится таким реальным, что пугает.

– Отставить страхи.