Самым большим потрясением стало то, фильм про воина и девушку во временной петле рассказывал о событиях, которые никогда не происходили. Никогда не было нашествия инопланетян (Полина сказала, что их вообще не существует), не было страшных чудищ, и самой временнoй петли никогда не было. Я поқивал.

Но откуда тогда взялось видео?!

Она попыталась объяснить, как создают фильмы и таких монстров как живых. Из всего cказанного я понял только одно: это сродңи иллюзиям. Показывать то, чего нет, смешивая реальное и нереальное. Люди везде одинаковы. Им хочется волшебства. И раз здесь нет магии в нашем понимании, они создают её сами, как умеют.

Вообще, интересная работа у актёров. Может, и неплохо было бы попасть в их число.

Потом мы обсудили разную технику, и Поля пообещала продемонстрировать у себя дома, как работают некоторые машины. Показать фильм на большом телевизоре и с хорошим звуком. И пообещала, что мы сходим в кино с экраном, огромным, как стена. Обязательно на тридэ фильм. Не знаю, что это такое, но она сказала, что это круче, чем кино простое.

Потом она спросила, как я отношусь к тому, чтобы отпраздновать свой первый вечер в новом мире пиццей. Я согласился при условии, что к ней будет мороженое. На мороженое Поля согласилась без условий, но сказала, что это вредно для фигуры. На что я заметил, что самое вредное для фигуры — это беременность, но и та через девять месяцев проходит.

Она смутилась.

На самом деле, я тоже.

Но вопрос витал в воздухе. И я не знал, как к нему подойти. Дома всё было просто — поставил защитное заклинание, люби женщин, сколько хочется. А здесь? Как это принято решать здесь?

Нужно было как-то обсудить. Но сказать в лоб: «Поля, я хочу заняться с тобой любовью в плотском смысле. Как нам решить проблему вероятных отпрысков, которых я пока не готов содержать?», — это было для меня чересчур. Может, её это вообще не интересует? Со мной. И я мялся, как подросток перед первым посещением дома терпимости.

Когда я рaсплачивался в магазине за мороженое, моё внимание привлекли яркие коробочки. Под ними на ценнике мелкими буквами было написано знакомое слово.

— О. Алёна просила привезти ей две коробки презервативов, — поделился я с Полей. — Как ты думаешь, какие лучше, — я присмотрелся к надписям: — Сверхтонкие или с ребрами и пупырышками?

— Ты сейчас спрашиваешь, какие лучше для меня или для Алёны? — хмыкнула Поля, складывая руки на груди.

Продавщица, которая пыталась спрятаться за очередным незнакомым мне видом техники, хохотнула, прикрыв рот рукой.

Я вспомнил детали того разговора и веселый, жизнерадостный смех нашей будущей королевы. Вот же… Ал-лёна. Хитрохитрая, как назвала её Шурочка. Не будет ей никаких презервативов. Пусть наследников трона рожает!

— На твой вкус.