Честь имею! — и коснулся пальцами головного убора.

— Взаимно.

Пусть простит меня Александра, но сегодня я её спасать не буду. Андрей, чувствуется, неплохой человек, но лучше нам с ним не знакомиться.

Я поспешил к «Меркурию». По моим подсчетам, Полина уже должна была приехать. Влетел в лавку, где покупал свои первые шорты. Лавочница, хваткая дама, быстро поняла, что сегодня примерок не будет, но гардероб подобрала, как опытный портной. На глазок, но точно в размер. И даже подсказала, где поблизости можно взять обувь. Я собрался в рекордные сроки. Выглянул на улицу. Автомобиль с усатым Веней стоял на месте. Я облегченно выдохнул, забежал в коллективную комнату для уединения, чтобы оставить баул с дворцoвой одеждой, и принялся терпеливо ждать.

Может, не совсем терпеливо. И, возможно, даже совсем не.

Я по привычке ходил из стороны в сторону. С каждым шагом в правой ноге нарастало неудобство. Что-то там мешалось. Я наклонился, расстегнул ремешок, который держал туфлю, и, стоя на одной ңоге, попытался отцарапать неровность на стельке.

И в этот момент в меня кто-то влетел. Я не удержал равновесие и больно бухнулся на пятую точку, а потом поцеловал затылком твердый гладкий пол.

— Поля, ты опять всё уронила! — с укором посетовала Εвгеңия Александровна.

— Женя, я сейчас всё подниму, — пообещала Поля, поскольку влетела в меня именно она.

— Всё не надо. Молодому человеку может быть неловко на людях, — не удерҗалась напарница Поли от едкой шпильки, но после того, что я слышал из окон вчерашним сегодня, я был ей готов простить что угодно.

— Лео, что вы тут делаете? — недовольно спросила Полина, и я от неожиданности снова приложился головой о пол. Совершенно точно я не называл ей своего имени. Сегодняшним сегодня.

— До того момента, пока вы меня не уронили, поправлял обувь.

— Места получше найти не могли? — буркнула лекарка, но мне почудилось, что она была рада. Рада меня видеть.

— Места лучше просто не существует!

Полина скептически скривила рот, но потом озабочено прикрыла его ладошкой:

— Больно?

— Да-а-а… — я изобразил страдание и пoтёр затылок. Шишку набил точно.

— Хочешь, подую? — хитро улыбнулась Поля, видимо, разгадав моё представление.

— Лучше поцелуй.

— Ничего себе заявочки!

— Полина! — окрикнула её коллега. — Решай уже быстрее: госпитализируем или сам до прозекторской доползет?

– Α где эта прозекторская и зачем туда ползти? — уточнил я.

— Не за чем. Это у Евгении Александровны черного юмора нынче избыток. Можешь подняться? — она протянула мне руку.

— Подняться смогу, а вот идти вряд ли, — теперь я изображал лебедя, подбитого на оба крыла. И еще одну лапу. — Меня необходимо в травмпункт.