– Ну че, хватит? – хрипло интересуется Волков, смотря куда угодно, кроме меня. Нервно ворошит пятерней волосы на затылке, наплевав, что может испачкать их краской.

– Кхм… Сейчас посмотрю, что там…– отвечаю неровным голосом и, отерев руки о майку, спешу к телефону.

Быстрым взглядом окидываю ванную. Крохотное помещение теперь больше напоминает музейный концептуальный экспонат, чем санузел, требующий ремонта. Голый бетон виднеется разве что ближе к потолку. И неожиданно выглядит даже шикарно.

Останавливаю запись. Просматриваю. Кто бы мог подумать, но получилось супер. Если наложить подходящую музыку, вообще огонь! Особенно… Мои щеки вспыхивают.

На видео Паша прижимает меня к стене. И это… Боже, у меня низ живота жарко тянет от того, как эротично это смотрится.

– Ну что там? – Волков подходит и заглядывает мне за плечо.

Черт, не сейчас! Пытаюсь свернуть видео, но не успеваю, когда Пашка вырывает у меня телефон. Хмурясь, смотрит на нас… Внимательно и задумчиво.

– Эй, отдай! – пытаюсь забрать свой гаджет.

Паша переводит на меня потемневший взгляд. Криво улыбается одним уголком губ.

– Выглядит так, будто этот парень мечтает тебя трахнуть, Зайцева, – низким насмешливым голосом подмечает он.

Его взгляд такой горячий и серьезный, что у меня скулы печет. – То, что надо для рекламы, да? Секс всегда хорошо продается. Ну что, отмываешься первая? Недолго только, лады? Кожу тянет.

– Ок, – смущенно бормочу я, провожая Пашу взглядом и эхом прослушивая его фразу про мечты «того парня» на повторе у себя в голове.

Глава 29.

Павел

Дождь лупит по лобовому. Ни черта не видно. Дворники едва справляются с водяным потоком, в котором, слепя, отражаются фары встречных машин.

Движение на дороге, как и полагается в Москве вечером в ливень и в час-пик, – в час по чайной ложке. Чертовы пробки. Сегодня и сейчас они раздражают как никогда. Как никогда накручивают мне нервы.

Возможно, сегодня впервые я тороплю вечер.

Пока разбирал и заново собирал всю ходовую тачки одного придурковатого чувака, я с нетерпением ждал окончания смены, чтобы как можно скорее оказаться дома.

Дома меня ждут. Она меня ждет…Пусть и не скажет, но сама квартира словно стала тихонько нашептывать об этом."

"Наши с Линой типа «дружеские» вечера тянут домой похлеще супер-магнита.

В них нет ничего, что можно рассказать друзьям. Но о таком и невозможно рассказывать. Даже самому себе.

Есть что-то в наших отношениях настолько личное, что оно залетает сразу в самую глубину, минуя голову…И, соответственно, минуя попытки себе хоть что-то объяснить.

В топливном бачке у меня будто реактивное топливо, когда удается немного вырваться из затора. Внутри свербит. Я петляю между машинами, где-то нарушаю, несмотря на хреновую видимость. Даже это меня не останавливает.