Интоксикационный психоз с галлюцинациями. Ты, дружок, прямо взбесился. Кинулся на железную дверь, разбил лицо. Пришлось чинить, – доктор произнес все это быстро и весело, на одном дыхании, и улыбка не сходила с его лица, но сильный армянский акцент выдал волнение. Сергей давно заметил, что доктор говорил с акцентом только когда нервничал.

«Неправда! – вывел Сергей крупными кривыми буквами и добавил еще одно слово: – Зачем?»

Улыбку сдуло, как пух с одуванчика.

– Слушай, я вру, да?! – страшно громко закричал Аванесов и отшвырнул планшет. – Ну что за человек, честное слово, ни стыда, ни совести! Для него вызывали лучшего специалиста из клиники эстетической хирургии, с его физиономией возились, как будто он не солдат, а кинозвезда! А он вместо радости, вместо благодарности такие злые слова говорит! Чтобы я больше этого не слышал, понял?

Планшет валялся на полу, карандаш трясся в руке Гамлета Рубеновича.

Сергею вдруг стало ужасно смешно. Смеяться он не мог и начал икать, давясь смехом. Из глаз покатились слезы. «Ну здравствуйте! – заливался кто-то внутри него. – Вызвали специалиста из клиники эстетической хирургии. Заранее вызвали. Вдруг сумасшедший майор Логинов так разбуянится от рентгеноконтрастного препарата, что поломает себе лицевые кости? Какая трогательная забота! Какая гениальная интуиция! Между прочим, пластические операции очень дорого стоят. Что же, интересно, выдумал умник Райский? Ради чего столько хлопот?»"

"Доктор между тем смотрел на него с тревогой и жалостью, тронул его руку и тихо, хрипло произнес:

– Не надо, Сережа. Ты же мужчина. Ты столько всего перенес, и это перенесешь.

Икота усилилась.

Слезы текли ручьем, бинты промокли насквозь. Доктор Аванесов решил, будто майор Логинов рыдает, и невозможно было объяснить, что вовсе нет. Совсем наоборот.

* * *Стас Герасимов легко вычислил, каким образом в его дом, обеспеченный вооруженной охраной, мог проникнуть незваный гость. Подъезд, конечно, был неприступен даже для очень сильного и умного злоумышленника, если только не брать его штурмом.

Охранники знали в лицо всех жильцов, а у чужих обязательно спрашивали фамилию, связывались с хозяевами названной квартиры и уточняли, ожидают ли такого-то гостя.

Но при самой продуманной системе обязательно найдется какая-нибудь случайная дырка в заборе на заднем дворе. В доме Стаса Герасимова такой «дыркой» был подземный гараж. Там охрана следила исключительно за автомобилями, а на людей не особенно реагировала. В гараж ежедневно заходили разносчики рекламы. За небольшую мзду охрана их пропускала. Довольно часто наведывались всякие слесари, сантехники, электрики, и, конечно, каждого из них невозможно знать в лицо.