Им и раньше не вставляло шляться по морям, а теперь и вовсе не хотелось. Поскольку вдвоем им трудно будет следить за скотом и отбиваться от тавров, предложил нанять работников в помощь. Вопрос решился проще: на ферму перебрались родители скифов и их братья и сестры, которые обитали в нищете в деревне около Балаклавы. В шестом веке нашей эры когда-то грозные скифы превратились в кого-то типа цыган двадцать первого.

В Херсоне я нанял артель рыбаков из шести человек, купил две шлюпки, еще четыре сети в придачу к тем, что у меня были, бочки, амфоры, пифосы — большие глиняные сосуды по объему в несколько амфор, медные котлы и доставил вместе с запасом продуктов в бывшее поселение гуннов.

По моей просьбе два жилища оставили целыми. С остальных поснимали шкуры и войлок, увезли всё до последней тряпки. Хотели поджечь каркасы и помосты, но я запретил. Объяснил, что здесь будет моя фактория по заготовке рыбы и соли. Также оставил в поселении быка и пару коров из своей доли, чтобы у мужиков было свежее молоко. До прибытия рыбаков за скотом присматривали гуннские старухи. Как добыча они никого не интересовали. В прошлый раз старухи шли за нашим обозом, пока два алана не порубили их мечами. Жестокое милосердие. Без жилья, запасов пищи на зиму, старухи не выживут в степи. Только мучиться будут дольше. Старухи понимали это — и шли на смерть. Собирались и эти поступить так же, но я через алана, выросшего у гуннов, объяснил старухам, что у них есть шанс пожить дольше. И неплохо пожить. Что-то мне подсказывало, что шесть мужиков, сосланных сюда на заработки на несколько месяцев, не оставят старух без внимания. Десяток «самых молодых» прислушались к моим словам. Остальные предпочли погибнуть от меча — оказались мужественнее своих сыновей и внуков. Видимо, старая школа…

Вернувшись в Херсонес, нанял четырех матросов-греков вместо скифов и молодых росов, погрузил на судно воск, мед и меха, привезенного от антов, и вяленую и соленую рыбу, купленную у местных производителей. Металлы оставил пока себе. Появилась у меня мысль построить шхуну побольше. Решил заняться этим вопросом, когда налажу линию «Фактория — Константинополь-Ираклий-Херсон».

Теперь, как у гражданина Ромейской империи, с меня начали больше драть налогов, но меньше брать торговых пошлин, и сняли часть запретов на импорт и экспорт.

Товар мой разошелся быстро. На обратном пути погрузились в Ираклии оливковым маслом, отвезли его в Херсонес. Тут меня ждала неприятная новость: тавры угнали одиннадцать коров. Из чего следует вывод, что нападающих было тоже одиннадцать. По горным склонам стадо не погоняешь, надо вести на поводу.

— Мы не ожидали, что они днем нападут! — оправдывался Скилур. — Ночью мы с Палаком дежурим, а днем младшие братья присматривали.