Хороший стол! Удобный! И кабинет тоже!

Не уверенная в том, что я иду в правильном направлении, я все-таки шла вперед, понимая, что не очень-то хорошо запомнила, где именно находится спальня Хана, остановившись у одной из ряда одинаковых дверей, и понимая, что дальше я никуда не пойду.

Почему?

Лишь здесь я ощущала аромат, который парил в моей крови золотыми блестками, воспламеняя тело каждый раз, стоило только бархатному черному взгляду остановиться на мне из-под тени пушистых длинных ресниц."

"Потоптавшись у порога, я все-таки осторожно приоткрыла дверь, заглядывая в святая святых — спальню Хана, куда не позволила бы себе зайти никогда…если бы не могла уснуть, думая о нем.

В комнате было темно, и невозможно было рассмотреть ничего, кроме большой кровати посреди комнаты у дальней стены, и окна, занавешенного жалюзи, сквозь тонкие полоски которых пробивался рассеянный свет луны. Но даже этого света было достаточно, чтобы увидеть любимую стройную фигуру, которая растянулась на подушках, закинув одну руку за голову, а вторую откинув легко поперек кровати.

15 глава

Хан спал?

И почему только меня это так удивляло?

Словно он не был человеком, который может спать, страдать, переживать…любить.

Не знаю, откуда во мне появилась смелость, чтобы сделать шаг вперед, и войти туда, куда меня не приглашали, но, прикрывая за собой дверь, я подпрыгнула на месте, услышав за спиной томный и ленивый голос, от которого стало горячо во всем теле:

— Решила продолжить обучение, мавиш, или пришла придушить меня подушкой за причиненный вред?

Не удержавшись, я хихикнула, даже в этой темноте видя, как блестят его черные глаза:

— А что, можно попробовать придушить?

— Попробовать всегда можно, но вот за последствия я не ручаюсь, — буквально промурлыкал Хан, зашевелившись под тонким покрывалом, которое не могло скрыть его нарастающего возбуждения.

— …я сюда не за этим пришла, — пришлось кашлянуть, чтобы проговорить это и не поддаться нарастающему жару, даже не смотря на то, что мои бедные отбитые ягодицы со временем стали гореть лишь ее сильнее.

— Правда? — усмехнулся Хан, и в темноте сверкнула его обворожительная улыбка.

Нет, теперь я уже не была уверенна в том, что это была правда, застыв на секунду и просто кивнув головой, прекрасно понимая, что Хан все-равно все поймет.

— Хорошо, тогда зачем же ты пришла, девочка?

— …не могу уснуть… — совершенно глупо и по-детски пролепетала я, покраснев оттого, как наивно это прозвучало, и услышав в своей голове голос Хана с той первой ночи нашего неудачного и фееричного знакомства, когда он проговорил: «Как школьница….».