Пока засыпал, всё время гладил затылок, пропуская между пальцев одинокие пряди волосы. Он дышал её запахом, прислушиваясь к размеренному стуку сердца. Боялся закрывать глаза, до последнего не веря, что любимая девочка рядом: лежит под боком, позволяет себя трогать и ласкать. А ещё он может её целовать, выводя узоры своим языком на хрупком плече."

"А потом наступило утро. Лучше бы не наступало. Голову проткнула резкая боль от похмелья, а к горлу подкатил тошнотворный спазм. Девушка распахнула глаза и уставилась на Карима шокированным взглядом. Деталь за деталью в подкорке начали всплывать картинки. Он и она этой ночью? Быть такого не может!

— Проснулась? — прохрипел его голос спросонья.

Карим поднялся с подушки и, подперев подбородок ладонью, игриво подмигнул Зарецкой.

— Иди сюда. Что-то скажу.

Он ждал, но девушка не торопилась. Неподдельный испуг сковал всё её тело вместе с языком. И только когда Карим протянул в её сторону руку, из груди вырвался протяжный крик.

— Не прикасайся ко мне, старый извращенец.

Глава 6

Я до жути испугалась Карима, когда утром проснулась в его постели. Смазанные картинки начали всплывать в подкорке, нагоняя страха ещё больше. Помнится, был ресторан, балкон, танец. Помнится, как убивалась шампанским, опрокидывая в себя бокал один за другим. Я побоялась ехать домой и показаться вусмерть пьяном состоянии перед Арсом. Застать в гневе старшего брата — равносильно пороховой бочке. Выбрала Карима. Зачем? Дура, какая же я дура!

— Иди сюда. Что-то скажу, — прохрипел низкий голос.

Карим поднялся с подушки и, подперев подбородок ладонью, недвусмысленно подмигнул. Я не знала, что нужно ответить и как правильно себя вести, поэтому закуталась в простыню по самую шею и отодвинулась на другой конец кровати, подальше от него. А он продолжал на меня смотреть, щуря глаза и поджимая губы. Небрежная поза, в которой застыл Карим, накаляла атмосферу всё больше и больше.

Когда он выставил перед собой руку и решился ко мне прикоснуться, я громко вскрикнула, пугаясь собственного голоса:

— Не прикасайся ко мне, старый извращенец.

Карим удивлённо округлил глаза, а затем откинулся на подушку и засмеялся, потирая ладонью свой лоб. Пользуясь возникшей ситуацией, я вскочила с кровати и рванула к окну, едва не зацепив большой плазменный телевизор, висящий на стене. Кариму стало смешно, а меня начали душить непролитые слёзы. Случилось то, чего я никогда бы не хотела увидеть, даже в самом кошмарном сне. Я и он? Лучше бы с первым встречным, там бы отпали подобные последствия. Если Арс узнает, он меня убьёт. А если не узнает, то мой внутренний голос вместе с совестью просто заклюют до конца жизни.