Но сколько таких экземпляров, просто пруд пруди. Да они сами вешаются на Карима, ему даже и пальцем не нужно манить, а Зарецкая… Она другая, чистый весенний цветок среди всего этого гербария. Бескорыстная, наивная, добрая душой и сердцем. Таких больше нет, в этом Карим убедился на собственном опыте.

Девушка шелохнулась и повернулась на другой бок, ложась к нему спиной. У Карима аж дыхание сперло, когда с хрупкого плеча сползла простынь и оголила женские лопатки. Чёрт… Это всего лишь женские лопатки! Что он раньше их не видел, что ли?! В голову ударил градус, а внизу живота пробежала знакомая волна. Карим даже кулаки сжал и попытался отвлечься на что-нибудь другое, но не смог. Он, как та статуя, врос в кровать и не двигался. Смотрел на Зарецкую, боясь глубоко дышать, чтобы не разбудить.

Сколько он так сидел? Значения не имело. Плевать, что ушёл с праздника. Плевать, что оставил больше сотни гостей, которые, между прочим, пришли на его день рождения. Ничего не имело значения. Он мог бы сидеть рядом с ней целую вечность и не дышать, да только это что-то меняло? Нет. С каждой минутой становилось только хуже. Внутри просыпались ""демоны"" и требовали совсем иного. И зачем, зачем она всё время крутится на его постели и скидывает с себя простынь? Карим старался не смотреть на обнажённую грудь и живот, когда поправлял ту самую простынь, но не получалось. Его взгляд постоянно опускался на округлые полушария и задерживался на темно-розовых сосках. Острые горошины так и манили. Карим даже стукнул себя по лбу, а затем провел ладонью по короткой щетине на лице, лишь бы отлепить взгляд от Зарецкой. Но ни черта не сработало. В чреслах сдавило, а в области ширинки неприлично натянулась брючная ткань. Ему нужна разрядка и прямо сейчас, иначе он за себя не ручается."

"Он вышел из комнаты, едва не на цыпочках. Тихо закрыл за собой дверь и спустился по лестнице на первый этаж. Уже в гостиной лоб в лоб столкнулся с охранником, на свою удачу. Передал ему ключи от машины и попросил отвезти в одно место. Карим плюхнулся на заднее сиденье Ауди и устало прикрыл глаза. Чёрт… Лучше не закрывать, ведь перед глазами только она. Образ Зарецкой никак не выходил из его головы. Ну зачем, зачем он отвёз пьяную девушку к себе домой? Хотел помочь? А получилось?! Этого Карим не знал. Возможно, завтра явится Арс и разнесёт его коттедж в пух и прах за подобное благородство, но это будет завтра, а пока… Он едет в северном направлении, на самую окраину столицы.

Автомобиль остановился возле одной многоэтажки. Карим набрал три цифры на домофоне и после третьего гудка на металлической двери лязгнул замок. Пока ехал в лифте, всё время думал об одном и том же. В этом месте он в последний раз. Больше не придёт.