И пресечение наездов со стороны кавказцев. Против своих мы вставать не беремся, посылаем к ментам. Пусть те разбираются. Но девяносто случаев самых безосновательных наездов совершают именно кавказцы. Мы им крылья в Москве немножко пообрезали. Жестко действовали. Может, чему-то и научили, но едва ли. Это такой народ, что жадность впереди них бежит. Если видят возможность хапнуть, сразу пытаются. Если не видят такой возможности, все равно пытаются. Из десяти человек, я имею в виду тех, что родные дома оставили и в глубинную Россию подались, восемь – разбойники на генетическом уровне, оставшиеся двое – просто мелкие воришки. Но и это не мне тебе рассказывать, сам хорошо знаешь.

– Знаю, – согласился я.

– И я знаю, товарищ генерал, – сказал старший лейтенант Сережа, войдя в дверь после короткого стука. Наш разговор он, видимо, услышал через дверь.

– Что ты знаешь? – спросил Лукьянов, вставая.

Николай Владимирович как человек в погонах хорошо понимал, что такое бесцеремонное вмешательство старшего лейтенанта в разговор может быть вызвано только какими-то особыми обстоятельствами.

– На нашей стоянке встала машина с двумя кавказцами. Я видел ее рядом с госпиталем, когда Валар выходил после комиссии. За нами они не поехали, остались на месте. Сейчас появились здесь. Два человека. И там никто машину не покидал, и здесь тоже.

Генерал среагировал сразу и нестандартно.

– Этот… вор все еще у врачей?

– Проходит какие-то процедуры, товарищ генерал.

– Подскажи охране, что в той машине, возможно, вооруженные кавказцы из враждебной криминальной группировки.

– Понял, товарищ генерал. Сделаю, – улыбнулся старший лейтенант. – Там парни с такими рожами… Они-то подсказку примут.

И сразу же вышел.

Окно генеральского кабинета выходило на другую сторону, и мы, к сожалению, не имели возможности посмотреть, что происходит на стоянке. Хотя посмотреть, может быть, стоило – хотя бы для того, чтобы проанализировать реактивное поведение кавказцев. Это поведение может показать, насколько они способны к действиям в боевой обстановке. Но генералу это, видимо, интересным не показалось, и мы продолжили наш разговор.

– Пенсия у тебя, как я понимаю, с учетом «боевых» будет неплохая. В дополнение к ней мы сможем платить тебе обычное капитанское жалованье. Кроме того, предоставим служебную квартиру в Москве. Небольшую, пока ты один, однокомнатную и на окраине. Кстати, через стену от старшего лейтенанта Сережи. Но это все равно лучше, чем каждый день в деревню ездить. Что, кстати, у тебя с машиной?

– В сервисе стоит.

– Это я знаю. За машиной там присматривают по моей просьбе. Начальник охраны у них – мой бывший подчиненный. Он специально поставил дополнительную камеру наблюдения, чтобы все держать под контролем.