Александра была на седьмом небе от счастья. Ее улыбка стала задорной.

— Правда?

Она продолжала улыбаться, и Анри лег рядом, дотронулся до ее груди, прильнул к губам. Вообще-то он не собирался сегодня заниматься любовью, но Александра была так соблазнительна на фоне постельного белья в розовой ночной рубашке! Обычно проявления нежности давались Анри с большим трудом. Однако сейчас, в полутьме ее будуара, все казалось легко и просто. Он любил эти ночные часы, когда они подолгу лежали бок о бок, пока он не поднимался и прокрадывался в свою спальню.

Он бесконечно дорожил и ею, и девочками, но что-то мешало ему проявлять чувства.

И потом, у него были такие высокие требования, он столь многого от нее ожидал… и от себя тоже. Хотел, чтобы в жене воплотился его идеал, и подчас ему казалось, что эта мечта сбывается. В предвидении этого он и женился на ней. Он ни за что не удовлетворился бы чем-то меньшим. Дочь графа де Борн была равна ему происхождением, и за четырнадцать лет совместной жизни Александра доказала, что достойна его выбора. Он гордился ее собственными положительными качествами, а также всем, чему научил ее. Она — совершенство! Он возносил ее на пьедестал… За исключением таких моментов, как сейчас… в постели, когда он позволял ей сойти на грешную землю.

Спустя некоторое время он со счастливой улыбкой, бросив на жену последний благодарный взгляд, удалился в свою комнату и, удовлетворенный, уснул.

Глава 11

«Ситроен» проехал по мосту Александра III и очутился на левом берегу Сены. Через несколько минут он оставил позади Дом Инвалидов и свернул на улицу Варенн. Для Александры этот маршрут всегда был возвращением домой.

Как ни прекрасен, величествен, пышно декорирован был их особняк на улице Фош, все-таки в доме своих родителей на улице Варенн она чувствовала себя точно рыба в воде.

При виде особняка у нее радостно подпрыгнуло сердце. Привратник отпер ворота, и, очутившись во дворе, Александра, как всегда, ощутила легкую грусть от того, что никогда уже не встретит здесь отца. Прошло много лет, но она до сих пор остро чувствовала, как ей его не хватает. Радовала предстоящая встреча с матерью.

Старый лакей улыбнулся и распахнул перед ней парадную дверь.

В холле она сразу попала в окружение бесценных вещей из коллекции, которую всю жизнь собирали ее родители. Инкрустированная мебель; комоды в стиле Людовика XV, сверху отделанные розовым мрамором и уставленные бронзовыми статуэтками. Напольные вазы, приобретенные на аукционе в Лондоне. И конечно, дорогие сердцу матери полотна Ренуара, Дега, Тернера и Ван Гога. Не обошлось и без ее любимой Кассатт. Дом был полон сокровищ, которые со временем перейдут к Александре.