Судя по панике наших крылатых, дикие волки пытались запретить одомашненным сородичам двигаться дальше по тропе. И в иных обстоятельствах я мог бы согласиться с ними. Но не сегодня.

Близилась ночь. Мы не могли провести её на карнизе, шириной в полторы человеческие ступни. Нужно было добраться до ровного места и как можно быстрее — наши волки скоро ослепнут во тьме.

Прижимаясь к скале, я дошёл до наймана, замыкающего передовой отряд.

Его волк был совсем молодой, бурый с рыжиной. Он заволновался и оскалился.

— Тихо, братишка, — прошептал я чуть слышно.

Слух у крылатых волков лучше, чем у найманов, а я пришёл говорить со зверями, а не с людьми.

Позади с шумом, похожим на выстрел, сорвался камень, и его приятели тонкой струйкой потекли в пропасть.

Я оглянулся — за мной тащился Нишай.

Только его мне и не хватало. Прижал пальцы к губам: «Молчи!»

Прошептал, обращаясь к волку:

— Я слышу, что старшие люди сердятся на тебя. Не разрешают идти вперёд. Но здесь ночевать нельзя. А назад мы не можем пойти — очень скоро будет темно, мы сорвёмся в пропасть и все погибнем. Ты поломаешь крылья. Ты не можешь летать в темноте.

Волк заскулил. Кажется, он меня понял.

— Не бойся, иди вперёд. Мы не враги людям. Нам нужно просто дойти до ровного места. Здесь оставаться нельзя. Надо идти, быстро. Здесь опасно.

Совсем рядом раздался душераздирающий вой — меня услышал не только крылатый «братишка».

Вой подхватили и понесли по ущелью другие дикие волки, аукаясь друг с другом.

Вот они-то в темноте летали прекрасно. Наверное, прятались сейчас где-то в скалах. Но как я ни вертел головой — разглядеть не удалось ни одного.

— Вы хотите, чтобы ваши дети погибли⁈ — выкрикнул я в пространство. — Идёт ночь! Они ослепнут и свалятся с тропы! Мы тут еле стоим!

Вой прекратился. Дикие волки (он же — «цивилизованные люди») заткнулись.

Поняли наконец, что место для засады выбрали опасное не только для «человеков», но и для своих безумных детей.

Пользуясь их замешательством, я подобрался к буро-рыжему ещё ближе и подтолкнул его.

— Быстрее! Иди вперёд! Темнеет!

Волк присел, опустил морду и заскулил, по-щенячьи растягивая губы с чёрной каймой. Он смотрел на меня, как на старшего.

— Иди! — сказал я твёрдо. — С собратьями твоими потом разберёмся. Они не идиоты, чтобы заставить детей ночевать на узкой тропе над пропастью!

Волк ещё сильнее сгорбился, припал к камням. Попробовал завыть, но закашлялся.

Я уже замечал, что не все одомашненные волки умели выть. Наверное, их слишком рано забирали от матерей.

Выть я тоже не умел, только заорать мог. Но громко.

— Вперёд ма-арш!!! — крикнул я. — Начинаем движение! Пошли-и-и!

И стал протискиваться мимо найманов к самому первому зверю.

Из-под ног выскальзывали камни, ухая в пропасть. Дикие волки молчали.