Объявила войну, выиграла два сражения, казнила трёх советников, потом меня отравили. Устала – не передать. Здесь же… всё происходило не настолько плотно, но местами казалось столь же сюрным. На меня смотрят, моего слова ждут. Позову – пойдут, куда бы ни позвала.

С войной, кстати, и тут было непросто, потому что тот самый родственничек, чтоб ему икалось, который король Западного Предела Карл, довольно скоро прислал гонца, потому что кузина, видите ли, перестала ему писать, и он волнуется. Ему ответили, что всё в относительном порядке, в связи с нездоровьем короля вся социальная жизнь временно приостановлена, королева занята, как освободится – ответит. Принц Тристан тоже в порядке, передаёт привет. Да-да, из тюрьмы, посмеивалась я.

Следующий гонец требовал свидания с королевой, ему такой возможности не предоставили. Третьему велели ждать, а тем временем вывели королеву из темницы, усадили на диван и строго-настрого приказали играть беспокойную супругу – а не то Тристану придётся хуже. Что-то она гонцу ответила, и на том поползновения с той стороны затихли. Правда, меня беспокоил вопрос о несомненных шпионах, которых просто не может не быть, но – влезать ещё и в контрразведку у меня просто уже не хватало ресурса – никакого, прошу заметить. Тяжела ты, шапка Мономаха, все дела.

Вот так прошли три недели, да не прошли – промелькнули. Я уже как-то встроилась в этот режим ожидания. Утром ранний подъём – завтрак с Лансом, советником Илларио и генералом – доклады о текущем, начиная со здоровья короля и заканчивая актуальными новостями – визит в королевские покои – решение насущных вопросов. И так до вечера. Я говорила себе, что это ненадолго – пока не очнётся король, пока не вернутся братья.

В тот день я вышла на балкон своего рабочего кабинета – завелось у меня такое явление – просто перевести дух и потянуться немного, что ли. Ушёл генерал, мы обсуждали укрепление границы с Западным Пределом, потому что на той стороне ощутимо копились войска, даже не скрываясь. Сейчас придёт Илларио, будем смотреть данные по продовольствию – южные провинции пережили засуху, хватит ли там еды? А пока – вдох, выдох, полюбоваться на птичек хотя бы четверть часа.

- Принцесса Элиза! Принцесса Элиза!

Тоненький голосок вывел меня из раздумий о границе и о еде, и я увидела маленькую серенькую птичку.

- Здравствуй, пташечка! Чем порадуешь?"

"Я уже привыкла, что мои маленькие помощники могут появиться в любой момент, и у меня всё время были в карманах кусочки хлеба и зернышки. Так и сейчас – я насыпала птичке зернышек, принесла из кабинета плошку с водой. Птичка напилась и наелась, и принялась рассказывать.