— Я не уверен, что это мой ребенок…

— Что?! Рома?! Ты там головой ударился?! Чей еще?! — возмущается так, что в трубке раздается надсадный кашель.

— Мы с тобой предохранялись. В те редкие случаи когда… — Рома кривится, зажмуривается, желая прогнать ненавистные воспоминания.

— Нет сто процентных гарантий. Произошла осечка! И теперь я ношу ТВОЕГО, — выкрикивает это слово так, что Роман невольно отставляет телефон от уха, — Сына.

— Макс тоже был уверен в отцовстве…

— Так надо было сказать, — голос становится мягче. — Но это не отменяет истины.

— А скольким еще «максам» так надо было сказать? Помнится, когда ты была беременна Димой, скольких мужиков подобным образом вы доили? — голос Ромы звучит спокойно, он сумел обуздать эмоции, надежно спрятал их в глубине израненной души.

— Он меня заставлял! И ты об этом знаешь! Как ты можешь меня этим попрекать, после всех тех кошмаров, которые я пережила! — снова заходится в рыданиях.

— Только его науку не забыла.

— Рома! Как ты можешь быть таким жестоким! У меня кроме тебя никого не осталось?!

— А как же Дима? Ты не спросила как он? Ты давно видела сына?

— Он с тобой. Ты сам сказал. Значит, с ним полный порядок, — бросает раздраженно.

— Ему мать нужна. Он скучает. Спрашивает о тебе постоянно.

— Он исчадие ада! Сын дьявола! Рома, я боюсь этого ребенка! Он напоминает мне о пережитых ужасах! — истерично вопит.

— Он отличный пацан. И твой сын. Ты его мать. Ты планируешь его забирать?"

"— Ты меня слышишь! У мен мать-инвалид на руках. Я беременна и едва ребенка не потеряла. Куда мне еще этого?! — на том конце раздается звон. Тяжелое кряхтение. Сопение. — Хотя… Ром, — ее голос меняется, появляются ласковые нотки, — Если бы ты помог мне, мы бы зажили все вместе. Мы с тобой и двое деток. Я ведь не просто это все… с тобой… не только из-за мести… Я полюбила тебя, Ром. И сейчас безумно люблю.

Телефон дрожит в его руке, настолько режут слух ее слова. Если бы мог он бы физически заставил ее замолчать.

— Родится ребенок, сделаем тест ДНК. Если сын мой, я его не оставлю. Это все, что могу тебе сказать на данный момент, — отвечает, сохраняя видимость спокойствия.

— Он в опасности! Моя мать, я тебе говорила! Она планирует…

— Ален, — перебивает ее, — Твоя мать не может самостоятельно передвигаться. Что она сделает, кроме ее извечных угроз? Ничего. А помои всю жизнь лились изо рта Надежды. Потому успокойся, смотри за матерью, следи за здоровьем. Родишь ребенка, тогда поговорим.

— Нет! Рома! Я с ней не выдержу! Не бросай меня! — снова истерические крики на том конце.

— Спокойной ночи, — отключает вызов, с отвращением отбрасывает телефон на стол.

Даже в кошмарном сне Роман не может представить свою жизнь с этой женщиной.