— Не знаю, давай посмотрим, — он подходит и берёт открытку, которая лежала на коробке и зачитывает её вслух. — Кхм-кхм… ""Дорогие Яна и Глеб Мироновы, вы самая необычная, самая космическая и самая влюблённая друг в друга пара, которую я только видела! Мне было приятно работать с вами, помогать в создании уюта, тепла, комфорта в вашем доме, семейном гнёздышке. Я хочу пожелать вам долгих лет жизни, семейного счастья и прошу принять мой подарок, который я с трепетом выбирала и дарю вам от чистого сердца. С глубокой любовью и уважением, ваш дизайнер Светлана!"".

— Как мило, — тяну я и готовлюсь пролить от нахлынувших чувств, реки слёз. Я и так всегда была эмоциональной, но как забеременела, моя чувствительность увеличилась раз в пять. — Давай посмотрим, что там?

Глеб срезает бант, поднимает вверх крышку, и мы одновременно заглядываем в коробку, на дне которой, свернувшись клубочком, спит маленький щеночек. Совсем малыш, который все еще пахнет маминым молочком.

— Символично, — говорит с улыбкой муж и прикладывает руку к моему животу.

— Добро пожаловать в семью Рэй! — говорю я, мгновенно придумав новому члену семьи кличку.

Глава 60

Глеб

Погода сегодня выдалась не просто жаркой, а жутко знойной, и даже лесная тень не спасает. Яна унеслась далеко вперёд, за ней гуськом припустились Ярослав и Люба, а мы с Рэем плетёмся позади. Точнее, мы отстали, потому что одному мохнатому товарищу приспичило справить нужду.

— Так, братан, мы из-за тебя потеряли нашу банду, придётся догонять! Летс го, серун мохнатый! — выкрикиваю и перехожу на бег. Пёс припускается следом за мной.

Пару минут по лесу и вот, замечаю, что впереди уже виднеется золотистая полоска песчаного берега, за которой теплейшее море, которое так и манит своими лазурными волнами. Уже представляю, как занырну в него и освежусь. Ускоряемся с Рэем и выбегаем. Яркое солнце тут же ослепляет, и я закрываюсь рукой от беспощадных лучей. Останавливаюсь, зрение привыкает к свету, и я наконец-то вижу своих. Яна уже расстилает на горячем песке плед, а Ярик с Любой громко скандалят и дерутся из-за надувного пончика. Ну вот, приехали… А я ведь говорил Ярику, чтобы он брал свой, но тот отказался. Так и знал, что этим всё закончится.

— Э, бандиты! Что делим? — подхожу ближе и выдёргиваю у них из рук надувной круг.

— Папа, Ярик не взял свой “пончик”, а теперь мой забирает? Ну так же нечестно! — ноет почти взахлёб дочь.

— Фу! Стукачка, стукачка! — дразнится малой и показывает язык, отчего Люба ещё больше заходится в слезах.

Поворачиваюсь на свою жену в поисках поддержки, но она просто пожимает плечами, мол, разбирайтесь сами. Рэй и вовсе притворился камнем и тихо лёг на уголочке пледа. Понятно всё с этими товарищами. Никакой помощи от них можно и не ждать.

Да уж.