И приступы есть, несмотря на то, что он на сильнодействующих препаратах и почти все время спит. Почему ты вдруг вообще решила помочь?

Тут нас прервал официант. Пришлось смотреть в меню, что-то заказывать. Я выбрала в итоге какой-то салат с креветками, французскую булочку с чесноком и кофе. А Татьяна какой-то протертый суп-пюре и воду.

— Так почему? — Она спросила еще раз, ее пальцы комкали льняную салфетку, а смотреть на меня она избегала.

— Потому что он отец моего сына. — Я пожала плечами. — Может он и не был лучшим мужем, но он достаточно хороший отец. Лучше, чем мертвый или в психушке уж точно.

— Точно, — она облегченно вздохнула, сложила салфетку на колени и разгладила ее.

— Скажи, а твой отец знает, что вы не расстались?

— Знает. Он очень… Не в восторге, — она поморщилась, — сначала когда Вит начал работать на его компанию он смягчился. Потому что, будем откровенны, Вит очень хороший проектировщик, меня сразу в нем привлекло то, что он предан делу, может долго и интересно рассказывать о своей работе и он очень вдохновлял команду. Сразу, знаешь, хотелось жить и трудиться, — она мило улыбнулась, что-то вспоминая.

— То-то вы хорошо трудились, когда я вас застукала, — что я несу, господи, зачем? Он ведь даже больше не мой!

— Да я даже не собиралась заходить так далеко! Но когда я узнала, что он женат было уже поздно, я влюбилась по уши. — У Татьяны горели уши и щеки, но она вываливала на меня эти свои откровения так отчаянно, что мне стало ее жалко. В общем, когда нас уволили мой отец взял нас обоих на работу, но в разные отделы и разные здания. Мы сначала даже не встречались какое-то время, а потом…

— А адвокат?

— Папин. Он к тому времени не знаю, смирился, наверное. Правда адвокату запретил тебя обирать, сказал чтобы половину имущества тебе отдали, мол, он Виту хорошую зарплату платит, он не обеднеет.

Так вот кому я обязана своим выигрышем. Ну, кроме своего адвоката. А это уже интересно.

— Ты не думай, — продолжала Татьяна. Было видно, что ей очень надо выговориться, а некому. — Я не пустоголовая дурочка. Я институт закончила с красным дипломом и вовсе не потому, что мой отец богат. У меня такие планы были, такие планы и вот! — Она расплакалась.

Я сидела, смотрела и думала, что наверное, надо ее ненавидеть. Но не получается. Я смотрю, хочу видеть в ней ужасную беспринципную засранку, а вижу только растерянную и запутавшуюся влюбленную девушку. Причем она все еще мне совсем не симпатична, но ненависти во мне нет.

— Утри слезы, — строго сказала я, — нечего тут и перейдем к делу. В общем, у меня есть предложение. Я очень заинтересована в добром здравии бывшего мужа, особенно с учетом того, что у нашего сына больное сердце и такой стресс ему мягко говоря будет не на пользу.