Несмотря на сумасшедшую загруженность: учёбой на шестом курсе, строительством посёлка, формированием стаей (а этот процесс длится, как минимум три года), работой в его компании «Games of flocks», — Астахов каждый вечер на два часа прилетал в город вертолётом в медицинский Центр. На территории учреждения проектом была предусмотрена вертолётная площадка санавиации — это оказалось нашим спасением. Разрешение на подобные визиты подписал Кирилл Александрович с подачи Виктории Андреевны. Она лично следила за судьбой, выкупленной из стаи Василины.

Но родившую двух девочек близняшек Василину, Руслан не отдал в родительскую стаю. Забрал в свою! И первый выстроенный дом в нашем посёлке подарил этой семье.

Могу сказать, что появление малышек в стае произвело впечатление на нашу молодёжь. Контраст между отношением выходцев из стаи родителей Руслана и дикими к детям, не важно, какого они пола, был разителен. Для наших — дети — это залог счастливого будущего, уверенность в процветании стаи. Для диких — серая обыденность."

"Не сразу, но благодаря всем нам, её детям, психологу, к Василине вернулось желание жить. Не знаю, обласкает ли в будущем её Белая волчица встречей с Парой, но сейчас она осознала радость материнства и робко, но с надеждой в васильково-голубых глазах смотрит на мир и новую стаю. Она старше всех нас, но по сути, из-за прошлой жизни отстаёт в личностном развитии. Ещё одно подтверждение, что нежелание меняться ведёт приверженцев старых устоев к деградации.

Жизнь в таком темпе для меня не прошла даром. В октябре я сломалась — сорвалась в истерику, когда в очередной раз не смогла вырваться из города, чтобы съездить в наш посёлок. Моё тело зудело и дрожало из-за необходимости сдерживать оборот. Я задыхалась на душных, асфальтированных улицах города. Бабье лето в этом году оказалось аномально жарким.

Ещё и Руслану пришлось уехать в командировку на два дня вместе с большей половиной стаи. В воскресенье лес вокруг посёлка родителей Руслана без моего Альфы оказался совсем не тем. Волчица крутилась под кожей, подначивая сорваться с места и бежать к нашему Альфе.

Собственно говоря, я это и сделала. Поправ все меры безопасности, сорвалась и, повинуясь своему волчьему чутью, помчалась к Альфе в соседнюю область.

Дурость? Самонадеянно? Сто процентов! Но критическое мышление отключилось. Остались только инстинкты и бешеная, неконтролируемая потребность увидеть мужа. Как в компасе стрелка всегда знает, где север, так и я отчётливо знала, где сейчас находится Альфа — моя цель. Тонкая путеводная нить между Вожаком и мной вела меня по самому короткому пути.

Как там в поговорке? Бешеной собаке пятьдесят километров не расстояние.