Видимо, чувствует, что как бы то ни было, я на ступень выше, а то и не на одну, по статусу, и выказывает уважение как может, и в тоже время видно, за свою девчонку тоже поборется.

– Боюсь, что это невозможно, – киваю на стул напротив, и она присаживается. – Я звал кондитера. У меня вопрос к человеку, кто это готовил, никак не к вам. Будьте так любезны, Виолетта, пригласите повара, и дайте нам поговорить. Это в наших общих интересах, – добавляю с нажимом, чуть подаваясь вперед.

Не хочется пугать беременную, тем более, намеренно вводить в стрессовое состояние, но эта тигрица не сдаст своих позиций, пока не почувствует проигрыш.

Да даже тогда сначала царапнет когтями по морде. Не хотел бы я иметь в женах подобную девицу. Уже насмотрелся, как мать вьет из отца веревки, а он мучается с ее характером.

Нет, мне нужна кроткая женщина, мудрая, умеющая лаской убеждать и склонять на свою сторону.

– Дамир Са…"

"– Виолетта, при всем моем уважении к вам и вашему мужу, давайте не будем ссориться. Я не собираюсь делать что-то ужасное. Заметьте, я разговариваю с вами максимально корректно и не прошу чего-то запредельного. Позовите кондитера и дайте нам поговорить.

Здесь. За этим столиком. В зале, где полно людей.

Сомневается. Не поддается.

– Я ведь могу и сменить тактику. Кому от этого будет лучше? Твоя подруга уедет со мной, прямо сейчас, и мне будет плевать на все. Охрана в заведении, при тебе, это все мои люди. Как думаешь, кого они послушают в первую очередь? – играю грязно, перехожу на «ты».

Мне нужно, чтобы она поверила. И только. Я не варвар, чтобы так поступать, но именно такого она обо мне мнения. Вижу в глазах страх, цепляюсь за него, продолжая дожимать владелицу.

Потом обязательно извинюсь, но то будет не сейчас.

– Виолетта, ты не глупая женщина. Подумай сама.

– Простите, что прерываю. Господин Хасанов, но вам стоит покинуть заведение, – не понял.

– Не понял. Работа не нужна? – в шоке откидываюсь на спинку стула, глядя на того, кому плачу зарплату.

Бунт на корабле? Нужно будет провести тщательный разговор со всеми охранниками. Против меня никто не посмеет идти. Никто. Кулаки невольно сжимаются, выдавая раздражение.

– Простите, но вы сами говорили, что охранять заказчика должны от любой угрозы.

Я вижу, как госпоже страшно в вашем присутствии, и, если меня ждет увольнение, я его приму, но выполню свои прямые обязанности, – парень напрягается, словно готов драться со мной, если того потребует ситуация.

Что же, похвально, и тут он абсолютно прав. Вон, Морсовская даже выдохнула немного, значит боялась, что все парни будут за меня, а мужа, который будет до последнего вздоха за нее, нет рядом. И как мог подумать, что такая пара может опуститься до измены? Они любят друг друга. Помню их взгляды друг другу в глаза.