— Монастырская овца во мне однозначно не удалась, — ответила с издёвкой. — Неудачный эксперимент, не так ли?

Глаза отца сузились, но он промолчал, видимо, стараясь держать себя в руках.

— А что касается манер, — продолжила я, чувствуя, как внутри гнев становится частью моей личности, — то, видимо, вы забыли показать мне, как правильно вести себя, когда тебя продают, как скотину…

Мать ахнула, прикрывая рот рукой. Отец шагнул вперёд, но его шаг был скорее угрожающим, чем резким.

— Ты выросла дерзкой и неблагодарной, — процедил он. — И многого не понимаешь, Делия!

— Правда? — я приподняла брови.

— Неужели вы хотите сказать, что мне было недостаточно нескольких лет в монастыре и брака с Себастьяном, чтобы понять вашу «заботу»?

Мать, наконец, подала голос.

— Делия, ты не должна так говорить… Мы сделали то, что было необходимо…

— Необходимо? — перебила я её, чувствуя, как из меня вырываются все накопленные обиды. — Вы считали нужным избавиться от меня! Не видеть меня, не думать обо мне, не заботиться. Вы называете это необходимостью?

Мать отвернулась, её плечи ссутулились. Отец выглядел всё более раздражённым.

Я поднялась со своего места, глядя на них сверху вниз.

— Хватит игр, — сказала я твёрдо. — Я приехала за своим приданым. Знаю, что вы обещали его Себастьяну, но так и не отдали. Отдайте его мне!

Мои слова заставили их обоих замереть.

— Если вам так противно видеть собственную дочь, — продолжила я, — решим вопрос быстро, и я уйду.

В комнате повисла тяжёлая тишина…

Глава 18

Тайна рождения

Отец вскочил, его лицо исказилось от гнева.

— Ты ничего не получишь, Делия! — голос прозвучал так резко, что я вздрогнула.

— Эти деньги принадлежат мне! Я распоряжусь ими так, как сочту нужным!

Я напряглась, чувствуя, как внутри всё переворачивается от боли. Боль отвержения, наверное, одна из самых страшных мук… Я была готова к этим словам, но всё равно слышать подобное от родителя — это невыносимо.

— Ты бросаешь мне вызов? — продолжил он, делая шаг вперёд. — Как смеешь являться сюда и требовать что-то? У тебя теперь есть муж! Пусть он и требует что-либо вместо тебя…

Я смотрела на него, прикусив губу, чтобы не сорваться. Гнев разгорался внутри, смешиваясь с болью, но я держалась.

— Я имею право требовать то, что принадлежит мне, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо и ровно.

Лицо Лансера покраснело, и он резко ударил рукой по столу.

— Ты неблагодарная девчонка! — выкрикнул он. — Я потратил на тебя столь многое, а ты ведёшь себя так, будто тебе все должны!

Я сжала руки, чтобы не выдать дрожь.

— Разве мне нужны были ваши монастырские пожертвования? Разве не о родительской любви мечтает каждое дитя??? — вырвалось у меня.