- Еще, малыш... - прошу я.

- М? - тревожно.

Окей... окей... чуть позже или я опять улечу от ее слов! А мне хотелось бы присутствовать при нашем первом...

Обнимаю одной рукой, целуя в нос, переносицу, скулу, висок...

- За тебя... - чокаюсь своим бокалом о тот, который держит в руке она.

Мы делаем по глотку. Целую ее трепетные губы.

Моя...

Мне так круто от того, что это только начало. Что впереди столько всего!... И Маша такая открытая и вся моя. Мысли и фантазии мечутся.

Я не просто ""поплыл"", как дразнит меня Айдаров. Я утонул к черту, захлебнулся в этом простом долгожданном счастье. И доволен как удав. Нет, как медведь. Это такая вот версия моего медвежьего счастья. Ни за что не отпущу.

Мы смотрим друг другу в глаза. Нас прёт обоих так, что сложно говорить.

Всё волшебно...

Всё идеально...

Завтра будет день, и он будет еще лучше, чем этот. Потому что я буду возвращаться домой, где меня будет ждать любимая девочка.

- Я люблю тебя!... - улыбаясь качаю головой.

Скольжение наших языков погружает меня все глубже и точнее, туда, куда мне очень надо. Нам надо! Чтобы последний барьер между нами рухнул. Я чувствую, что он есть. Он бесит! Вымораживает! Просто рвёт мне мозг.

Мне очень важно присвоить ее. Получить полностью. Важно как ни с кем другим.  Потому что завтра у меня будет разговор с её отцом. И к этому моменту никаких шансов отмотать уже быть не должно.

Света нет и музыки, естественно, тоже. Но мы, словно слыша ее, одновременно медленно и синхронно двигаемся, как будто в танце, не разрывая поцелуя.

- Хочу, чтобы эта ночь не заканчивалась. И ты осталась здесь. Насовсем... Останешься?

Маша неуверенно улыбается.

- Папа...

- Это мои проблемы. Не думай об этом.  Просто скажи - хочешь или нет.

- Жить с тобой? - теряется."

"- Слишком быстро?... - заглядываю в её глаза.

- Я не знаю...

- Не хочешь?

- Хочу... - опускает взгляд.

- Но?.. - ловлю я какую-то горькую недосказанность.

Отрицательно качает головой. Закрывая глаза, допивает вино.

- Хочу, - чуть твёрже.

- И я... очень... хочу... - жадно целую в нежную шею.

Пискнув, сжимается. Отстраняясь ловлю ее взгляд.

- Расслабься...

Поджимает губу, задумчиво глядя вверх.

- Обязана предупредить Вас, Михаил Егорович, - рисует кружочки пальчиком на моей груди, - что, возможно, в определённый момент буду сопротивляться.

Отставляю бокал на камин, поднимаю её под бедра, присаживая на подоконник.

- Обязан предупредить тоже... Вас, Марья Ивановна... что после определённого момента... я это проигнорирую... хорошо?

- Оооо... Ух! - обмахивает лицо кистями. - Что-то мне горячо... и голова кружится!

Возбужденно ухмыляюсь, ловя ее бормочущие губки своими.

- Все будет хорошо, Машенька...

Веду языком по шее, кусая ее за мочку.

Ахнув, выкручивается. Но я ласкаю настойчивее, сжимая ее крепче.

- Миша... Миша... - тихо и настороженно попискивает она.