– Значит, – с грустью произнесла бабушка, – ты все же передумала идти к озерным ведьмам?

Я улыбнулась.

– Нет, что ты! – я поместила в рот ложку с вареньем. М-м-м, вкуснотень. – Как только найдем виновника и отстоим право жить на этой земле, тогда и вернусь.

Бабушка понимающе кивнула. Я заметила, как в ее глазах блеснули слезы, но она сдержалась.

– Ну раз таково твое решение, – в ее голосе звучало предостережение, – то до тех пор держись подальше от мужчин.

Я недоуменно нахмурилась.

– В смысле?

– Если забеременеешь, то не сумеешь вернуться.

А, вот оно что. Ну, в мои планы это точно не входило. Но за предупреждение спасибо.

Дни, оставшиеся до отбытия в озерное поселение, я провела на Лавандовых полях, стараясь быть полезной. Доила коров, помогала в поле и взвешивала ароматный лавандовый чай в лавке. Мадам Тюлип, наконец, довела рецепт до совершенства, и чай пользовался заслуженным спросом.

Каждое утро я просыпалась с робкой надеждой снова услышать знакомый взмах могучих крыльев. Но чуда не происходило. А строительство дома продолжалось, напоминая о чем-то несбыточном.

Видимо, короли забыли о нем.

Когда я объявила о своем намерении отправиться к озерным ведьмам, Роззи попросила взять ее с собой. Ее манили приключения и неизведанное.

Задумчиво почесав затылок, я решила: а почему бы и нет? Вряд ли лесные ведьмы и колдуны будут возражать против еще одной попутчицы.

Персик тоже вызвалась составить нам компанию.

– Может, – начала она, устроившись на голове коровы, пока я сцеживала молоко, – там живут более решительные белки. И я наконец встречу свою настоящую любовь.

Я невольно усмехнулась.

– То есть, мне уже начинать готовить тебе свадебное приданое?

Персик пренебрежительно махнула лапкой."

"– А у меня оно уже есть. От мамы. – Белка ласково погладила корову своим пушистым хвостиком. – И даже несколько особенных нарядов, правда, я не знаю, куда она их надевала… Они ей сейчас маловаты, поэтому она отдала их мне.

– И что это за наряды? – спросила я, поправляя выбившийся локон под платком.

– Королевы, разбойницы, – белка принялась загибать крохотные пальчики на лапке, – колдуньи. И даже остроконечная шляпа имеется.

– Звучит так, – задумчиво протянула я, – будто твоя мама не белка, а человек.

И тут я услышала такое признание, отчего даже корова недовольно замычала. Уж слишком сильно я ее сжала от неожиданности.

– Все верно, – серьезно кивнула Персик.

Оказалось, что их семью много лет назад постигло страшное проклятие. Когда-то они были людьми, но кто сотворил это злодеяние и по какой причине, она не помнила. Как и своего настоящего имени и происхождения.

– Помню только, – печально вздохнула она, – что моей младшей сестренке удалось избежать этой ужасной участи.