Я должна была убедиться, что она не врет…

— Я не вру, — обиженно надула она губы, подтверждая догадки, что лет ей гораздо меньше, чем я подумала в начале. — Да, я дочь Великого отца, а Живела и Вижела мои сестры. Но я их не люблю. Они такие злюки. Они всегда смеялись и обижали меня, пока моя магия не проснулась. Говорили, что я никчемная. И, вообще, буду всю жизнь прислуживать им, когда они станут королевами.

— Кхм, — прокашлялась я. Девица не обманывала. Она и правда умела читать мысли. Но была как-то чересчур наивна…

— Ой, — внезапно вспыхнула она, — я забыла! Наставник велел позвать его сразу, как только вы проснетесь! Это он вытащил вас из магической сети… А вы зачем прыгнули со скалы? Из-за несчастной любви, да⁈ А вы мне расскажете⁈

Беспрестанно тараторя, девчонка выскочила за дверь и исчезла. Оставшись одна, я первым делом оглядела комнату. Пожалуй, я не удивилась бы, если бы, если бы увидела решетки на окнах, подтверждающие, что я в тюремной камере. Но нет, никаких решеток не было, хотя в узкие и длинные окна и без них пролезть было бы затруднительно. Зато стекло вставленное в тонкие деревянные рамы обладало необычайным эффектом — мягко сияло, как большая лампочка, освещая всю комнату. Если бы не шум волн, которые временами ударялись об стекло, перекрывая путь свету, я решила бы, что это какой-то магический светильник.

В остальном комната совсем не выглядела роскошной. Даже, наоборот: простые каменные стены, полы из утоптанной глины, старое деревянное кресло-качалка, обильно украшенный удивительно-красивой резьбой и обитый протертым бархатом, такой же резной столик из красного дерева с облупленным лаком… Такое ощущение, что когда-то хозяева этого дома были богатыми и знатными, а потом потеряли все свое богатство, сохранив любимые предметы интерьера на память о благополучном прошлом.

Олира вернулась в комнату так же стремительно, как сбежала. И тут же затараторила с широкой улыбкой:"

"— Наставник пока очень занят, придет позже. Он велел побыть с вами еще немного. А потом он отведет вас в келью Живелы. Она самая удобная во всем монастыре, — добавила она от себя, с нотками зависти, — там даже зеркало есть, и настоящий шкаф. Все равно моя сестра уже никогда не вернется домой. Ой, — она подпрыгнула на месте и крутанулась волчком, — а вы позволите мне посмотреть в зеркало? — ее глазенки горели, — я всего разик! Боги не станут сердиться на меня за такую вольность. Ведь не станут, да?

Я кивнула, пристально глядя на нее. В голове царила какая-то мешанина из обрывков недосказанный мыслей. И это, наверное, хорошо. Если я сама не могу разобраться в этой каше, то и девчонка вряд ли сможет. А мне совсем не нравилось то, с какой легкостью она это делала.