К сожалению, приходится констатировать, что к июню 1977 г. никаких идей в этом направлении следствие не имело, никого из детективов странное поведение собак и свидетельства о странных запахах преступника не интересовало. Об этом приходится говорить с большим сожалением, поскольку именно первый этап криминальной деятельности Гиены (т.е. с июня 1976 г. по май 1977 г.) сулил быстрое продвижение в этом направлении. Из хода последующих событий мы увидим, что следствию придётся-таки вернуться к анализу затронутой проблемы, но мера эта окажется вынужденной и во многом запоздалой, о чём в своём месте мы ещё напишем."

"3) Другим интересным моментом, также незаслуженно проигнорированным следственными работниками, явилось таинственное исчезновение преступника с дамбы после совершения изнасилования в ночь на 3 мая (речь идёт об эпизоде №18). Напомним, что кинолог с собакой уверенно вывел группу преследования к дамбе на реке Америкен, где след оказался неожиданно утерян. Причём, преступник не мог уехать с этого места на автомобиле, поскольку на гребне дамбы находились две больших лужи, которые автомобиль не мог объехать, соответственно, в грязи должны были остаться следы автомобильных протекторов. Но нет! — таковых следов не оказалось. Беглец словно растворился в воздухе, можно было подумать, что преступник прыгнул в реку или улетел на дельтоплане, хотя и то, и другое казалось одинаково вздорным. Причём, никаких едких средств, призванных сбить собаку со следа или отравить её, убегавший не использовал. Применение таких средств против собак всегда вызывает определенную симптоматику, которую специалист, работающий с животным, распознает без колебаний. В данном случае ничего подобного не наблюдалось.

Тем не менее, хитроумный преступник исчез на ровном месте буквально без следа.

Полицейские не стали особенно ломать голову над этой загадкой, а зря! Подумать над этой странностью следовало бы… Тем более, что в скором времени фокус повторился: 17 мая после нападения на чету Розалли след преступника оборвался всего в 80 м. от дома потерпевших. Попытки полицейских выяснить у местных жителей, какая же машина была припаркована на этом месте с вечера накануне, результата не дали — никто никакой автомашины не запомнил…

По мнению автора, никакой машины и не было! Ни 3 мая, ни 17… В обоих случаях Гиена воспользовался велосипедом, на котором и преодолел расстояние до автомашины, припаркованной на большом удалении от места совершения преступления, возможно, 1 км. или даже больше. Гиена, по-видимому, увлекался велосипедным спортом, на что указывает ряд косвенных соображений, не принимавшихся следствием во внимание.