Кроме того, в апрельских и майских нападениях в поведении Гиены возникают и всё более усиливаются элементы «игры с жертвой», которые не отмечались прежде. Преступник явно ищет разнообразия в сексе — он включает «интимное освещение» (лампу-«ночник», либо телевизор, с прикрытым экраном), обувает на ноги жертве туфли на каблуке-«шпильке», пробует заниматься сексом, сидя на стуле, совершает анальные и орально-генитальные половые акты. Подобные «игры» хорошо соответствуют постепенному видоизменению поведенческой модели, присущей в той или иной степени всем серийным преступникам. Подобное видоизменение подкрепляет высказанный выше тезис о возрастании опытности преступника и укреплении его уверенности в своих силах. Процесс этот двоякий: с одной стороны он приводит к усилению физических и моральных страданий жертв, являющихся объектами всё более унизительных и изощренных манипуляций преступника, но с другой упомянутая самоуверенность часто играет с преступником злую шутку и приводит его к совершению ошибки, позволяющей его идентифицировать. История уголовного сыска и криминалистики знает массу примеров того, как серийные преступники, слишком уверовавшие в собственную ловкость и удачливость, допускали грубейшие просчёты, приводившие в конечном итоге к их изобличению. Яркие случаи такого рода — это раскрытие серийных убийц Артура Шоукросса (в январе 1990 г. в США) и Андрея Чикатило (в ноябре 1990 г. в СССР). Первый неосторожно вернулся к месту сокрытия трупов под мостом, что заметили пилоты полицейского вертолёта, пролетавшего над дорогой. Второй совершил последнее убийство практически на том же месте, где и предыдущее, после чего вышел к железнодорожной станции, находившейся под контролем милицейского патруля в штатском."

"2) Очень интересной деталью, к сожалению, не привлёкшей к себе должного внимания полиции, явилось исчезновение домашней собаки при нападении в ночь на 2 апреля (эпизод №16). Напомним, что в доме, оказавшемся объектом вторжения Гиены, хозяйка держала собаку — это был шумный пудель, плохо управляемый и неугомонный. Во время нападения собаки было ни видно, ни слышно, на что хозяйка обратила внимание. Эта деталь показалась ей очень странной. Собака появилась только после ухода преступника, который, напомним, вышел, не затворив за собой входную дверь. Из этого можно было заключить, что пудель во время совершения преступления находился на улице, но туда его мог выманить или выгнать только сам преступник. Собака не была приучена ночевать вне дома и, оказавшись надолго на улице, наверняка подняла бы шум. В общем, предположение об изгнании пуделя из дома ничего не объясняло.