Можно сказать, сделало слепок с твоих воспоминаний. Есть у него такое свойство, — с мягкой улыбкой добавляет она.

— А? — в растерянности кручусь на месте. Объяснение мне ни о чем особо и не говорит. — Где Ингар? Он же…

Поворачиваюсь к женщине, а я ведь даже не знаю ее имя.

— Кто вы? Как к вам обращаться?

— Никаких имен. Я не человек. Скорее фантом, обитающий как и многие мои сестры, на просторах межмирья.

— Но вы выглядите как одна моя старая знакомая.

Женщина медленно моргает, наклоняет голову на бок и по расплывающейся на ее губах улыбке — делаю вывод, что она и вправду имеет странную для настоящего человека мимику.

— Нам иногда нравится общаться с редкими путниками. Я просто как и межмирье, скопировала образ из твоих мыслей, чтобы принять форму, похожую на материальную.

— Вы странная. Все странно, — только и получается вымолвить у меня.

Женщина, она же фантом, перестает улыбаться, вновь отрешенно хлопает ресницами и начинает растекаться, теряя форму.

Опешив, наблюдаю, как она неожиданно превращается в маленького Аргалона.

Мальчик подходит и точь в точь повторяет мое воспоминание. Он раскрывает вытянутую ладошку, а на ней конфеты.

Неожиданно для самой себя я улыбаюсь, а на глазах проступают слезы.

Спонтанно тянусь к сладостям. Просто хочу к ним прикоснуться, но моя рука проходит сквозь ладонь мальчика.

Он грустно вздыхает. И меня это отрезвляет. Иллюзия больше не кажется такой душещипательно реальной.

Но от вида юного Аргалона сердце все равно болезненно екает.

— Мальчик, скажи, я прибыла сюда одна?

— Нет, — он кивает мне за спину.

Обернувшись, я ничего не вижу, только снег.

— Присмотрись, — добавляет копия мелкого Аргалона.

И я присматриваюсь. Вначале ничего толком не вижу, только выделяющееся на фоне общего пейзажа снежное наслоение на земле у корней деревьев.

Фокусируюсь и замечаю торчащие полы мантии волхва.

— Он умер? — не верю своим глазам, которые не могу отвести от снежной кучки.

— Ага.

— Но ты говорил, что здесь нельзя умереть? — круто поворачиваюсь к нему, аж шею сводит. Судя по ощущениям, я действительно еще живая. Мертвые вряд ли будут страдать от сведенных мышц.

Мальчик пожимает плечами, безразлично объясняет:

— Он умер не здесь, а когда пересекал границу. Выгорел. Нельзя сюда таким.

— Таким?

— Слабым. Ты сильная и ты можешь проходить. Раньше таких как ты было много. Сейчас уже нет. Задерживаться по долгу всего равно не все могли. Ты одна за последнее время.

— О чем ты? Я раньше здесь была?

— Была. Ты каждый раз так проходишь, просто никогда меня не замечала.

У меня немеют губы. То ли от холодных снежинок, падающих на них. То ли от шока.

— Аваркан…мальчик, скажи, я была здесь недавно?

— Была. Но мимолетно.

— Ничего себе мимолетно, неделю пропадала неизвестно где.