Что толку думать об этом, когда он запятнал всю мою жизнь сегодняшней свадьбой и всем, что за ней последовало?

Беременность – это единственное, о чем я не скорблю, потому что я чувствовала – и продолжаю чувствовать – мгновенную связь с моим ребенком. Однако Адриан далек от того, чтобы быть образцовым отцом или мужем. Он просто использует ребенка и брак, чтобы раздавить меня.

Он сдергивает пиджак и закидывает его за спину, затем расстегивает рубашку, обнажая тугую мускулистую грудь и изрезанный живот.

Я отворачиваюсь от него, потому что отказываюсь быть захваченной его физической красотой, тем, как он меня на самом деле привлекает.

Все эти чувства – гормональные и физические реакции. Они ничего не значат.

Я опираюсь руками на кровать, осторожно перемещая платье и гипс на матрас так, чтобы сидеть, вытянув перед собой обе ноги. Он может показать мне сегодня самое худшее, но я отделю свое тело от разума и сердца. Пора мне проснуться и увидеть Адриана таким, какой он есть на самом деле – бесчувственным монстром.

Он снимает ремень и обматывает его вокруг своей сильной руки, а когда говорит, в его голосе слышится едва уловимая угроза.

– Что я сказал тебе перед тем, как мы вошли в кабинет Сергея?

Я вздергиваю подбородок и поджимаю губы.

Он подходит ближе или, скорее, крадется, похожий на большого кота с черной душой.

– Что я сказал, Лия?

– Я не собиралась позволять тебе говорить обо мне как о предмете и молчать об этом. Возможно, я потеряла свою мечту, но я не потеряла свою гордость и самоуважение. Я не позволю тебе или твоим тупым боссам унижать меня.

– Неправильный ответ.

Он тянется ко мне, и я вздрагиваю от чистого инстинкта самосохранения. Все во мне говорит мне бежать от этого человека, держаться от него как можно дальше. Но куда бы я ни пошла, он стоит там, как вечная тень. Так было с тех пор, как я впервые увидела, как он хладнокровно убил человека.

Адриан обхватывает меня обеими руками за талию и переворачивает, заставляя лечь на живот, положив голову на подушку. Он расстегивает молнию на моей спине и сдергивает платье, позволяя белому шелку растекаться по кровати. Поскольку у него есть встроенный бюстгальтер, я нахожусь только в трусиках и вуали, которая теперь задрапирована сбоку.

Когда Адриан садится рядом с моей здоровой ногой, я краем глаза замечаю, что он еще несколько раз обматывает широкую кожаную петлю вокруг руки. Это зрелище разжижает мои внутренности, как в абсолютном страхе, так и в сводящем с ума предвкушении.

– Ты, кажется, забыла, как идут дела, Лия. Но я буду счастлив выбить это из тебя, пока ты не узнаешь свое место.