Иди к своей судьбе, Артём из поместья Мирид, — он наклонил кувшин, и на мою голову упали густые тёплые капли масла.

Затем вперёд шагнула послушница. Её чарующий голос заполнил слух, пока она нежно расчёсывала мне волосы гребнем с прохладными золотыми зубцами. Когда она наклонилась для поцелуя, я мог поклясться, что её мягкие губы задержались на моём лбу на долю секунды дольше, чем у других. Не думаю, что она с кем-либо говорила, но её губы на мгновение оказались у моего уха.

— Гелиора улыбается тебе, — прошептала она и отступила, скромно потупив взгляд.

Вот этого я не ожидал и замер, осмысливая услышанное и провожая её удивлённым взглядом, пока резкое покашливание Сигурдиана не заставило меня вздрогнуть.

Я поспешно сделал несколько шагов и преклонил колени перед герцогом.

Правитель Бастиона даже ни разу не взглянул на меня, говоря куда-то поверх моей головы:

— Артём из Хасмадеи, — отлично, он пролистал список достижений и выбрал самое захудалое, — признанный достойным лордами-судьями Ордена Стражей Севера с одобрения простого народа и по милости Бога Справедливости ты возводишься в дворянство Харалдара как рыцарь Бастиона. Отныне твои потомки будут нести твою благородную кровь как члены Дома Крыловых со всеми сопутствующими обязанностями и привилегиями. Да осенят боги твой род до скончания веков.

Я даже немного удивился, что он не попытался в последний момент выкинуть какой-нибудь фортель, чтобы меня дисквалифицировать. Видимо, его положение в Бастионе и вправду весьма шаткое, или ему настолько глубоко плевать на своего племянника, что он не захотел связываться с последствиями открытого вмешательства в древнюю традицию.

Так или иначе, когда Сигурдиан поднял накидку, я склонил голову, чтобы он мог надеть её мне на плечи. Затем выпрямился, пока герцог накидывал тёмно-синий плащ, закрепляя его застёжкой.

Наконец он поднял меня на ноги. На его лице застыло выражение такой отработанной серьёзности, что лишь глаза выдавали глубоко запрятанную лютую неприязнь. Он церемонно поправил на мне новый плащ и накидку, повертел золотую застёжку, а затем с довольным хмыканьем хлопнул меня по рукам и развернул к залу.

— Уважаемые гости и пэры Бастиона, представляю вам сира Артёма Крылова, рыцаря Стражей Севера! Да прослужит он нашей земле долго с честью и славой!

Раздались вежливые аплодисменты, что уже оказалось лучше, чем ничего. Марона хлопала громче всех, её глаза светились от радости за меня. Она была единственным человеком здесь, чьё мнение меня действительно волновало. Я отдал честь ей и собравшейся знати и сошёл с ковровой дорожки.

Я рыцарь! Настоящий рыцарь! Не в игре, не какой-то пустой титул, а самый настоящий!

В конце дорожки меня ждали лорды-судьи, чтобы торжественно поздравить.