— А на кой-нам, ваше благородие, эти ваши заморские выдумки? — разводил руками обер-мастер, не припомню его, такой холеный боров. — У нас и свои замки не чета вашим будут. Веками клепаем, и никто не жаловался. А ваши эти пружины из «особенной» стали… Да где ж ее взять, сталь-то эту? Нам и простого железа не хватает.

Я им битый час пытался растолковать про стандарт, про взаимозаменяемость, про качество… Куда там! Слушали вполуха, знай себе ухмылялись в усы. Боялись, видать, что я их «секреты» разведаю, куска хлеба лишу. Да и начальство местное, приказчик Семен Артемьевич, похоже, был с ними в одной лодке (а может зависть съедала, вон как смотрел на мой капитанский мундер, он-то меня помнит салагой-мастеровым).

Тут-то я и понял, что Тула — это дохлый номер. По крайней мере, для моих идей. Тут нужна не инженерная мысль, а железная метла, которая всю эту шайку-лейку разгонит к чертовой матери да новые порядки заведет. Но это уже не моя поляна. Мое дело — строить новое, а не выкорчевывать до основания старое. По крайней мере на этом этапе. С камнем на душе я уезжал из Тулы, понимая, что бодаться за переделку русской промышленности придется долго и ох как непросто.

Эта поездочка оставила во рту такой мерзкий привкус, будто золы наелся. Сколько я там ни бился, сколько ни распинался, пытаясь втолковать этим местным оружейникам прописные, казалось бы, истины: про стандарты, про качество — всё как об стенку горох. Непрошибаемая стена. Каждый этот «мастер» там — царь и бог в своей каморке, свои «секреты» от деда-прадеда бережет пуще глаза, а на общее дело, на пользу государственную — ему глубоко плевать с высокой колокольни. Главное — чтобы свой карман не пустовал, да чтобы начальство не трогало. А то, что хваленые их фузеи через одну осечку дают, да стволы порой рвет на первой же стрельбе, — так это, вишь ты, «солдат криворукий» виноват, аль «порох не той системы» засыпали.

Я вернулся в Питер злой и прямиком к Государю на доклад, на ковер, можно сказать. Выложил ему все как на духу, без прикрас: и про тульское разгильдяйство, и про воровство беспросветное, и про то, что пока мы там с этой косностью бодаться будем, шведы нас на сто лет вперед обскачут.

Наверное, выглядело это так, будто я жаловался. Но у меня была интересная задумка. Иногда порще построить новое, чем ремонтировать или чинить старое.

— Ваше Величество, — говорю я Царю, — не тем мы путем идем, ей-богу. Эти старые заводы — что дырявый кафтан: сколько латок ни ставь, все одно ветер гулять будет. Нам нужны новые производства, с чистого листа построенные, по последнему слову науки и техники, с мастерами обученными, с порядком железным. Вот тогда и оружие у нас будет — любо-дорого посмотреть, и шведу неповадно станет на землю русскую соваться.