Как она его к себе привязала? Когда познакомился с ней у Миши в мастерской, он даже предположить не мог, что это так надолго. Обычно Герман сам с женщинами не сходился. Всегда специально дистанцировался. Хотел, чтобы «побегали» за ним. Только тогда это будет искренне. Если ты действительно нужен женщине не как кошелёк, а как человек, она будет тебя добиваться. Это ему ещё как-то давно, в юности, объяснил свою теорию друг отца. Дядя Миша, по сути, был единственным мужчиной, который оказывал непосредственное влияние на воспитание Германа. Когда мать с отцом развелись, он иногда к ним захаживал, поддерживал – что-то подремонтирует, продукты достанет, когда тяжело было, с Германом то на рыбалку съездит, то на дачу к себе возьмёт. Он и к матери клинья подбивал, предлагал ей замуж, но она была категорически против повторного брака, так что не сложилось. Теперь дядя Миша приезжал редко, был совсем пожилым. Герман иногда навещал его сам.

По неопытности Герман в начале своих отношений с женщинами не применял метод дяди Миши. Старался добиться расположения к себе всеми способами. Ухаживал красиво, по мере своих возможностей, конечно. Рестораны, прогулки, поездки на отдых, дорогие подарки. Всё было в никуда. Рано или поздно отношения заканчивались, спасибо никто не говорил. Постепенно он сам стал отдаляться и соблюдать холодный нейтралитет в отношениях. И это, оказывается, цепляло.

Он перестал дарить что-то дорогое, стал говорить меньше комплиментов – только хуже от них, замкнулся в чувствах и решил, что лучше позволять любить себя и не влюбляться самому. Тем более что последний его опыт до Айши был очень тяжёлым и болезненным. После этого Герман вообще не хотел больше ничего серьёзного. А тут такая птичка-невеличка – и уже пять лет встречаются. Она же моложе его почти на 10 лет. Ей замуж нужно и детей нужно. А это не его история. Мать не хочется одну оставлять, да и какой из него муж? Несколько раз он пытался с ней порвать. Специально был холодным, пропадал, не звонил, не приезжал.

«Без меня ей точно будет лучше. Пострадает и найдёт кого-нибудь», – рассуждал Герман, в очередной раз проезжая мимо её дома и сдерживая порыв позвонить. Проходило несколько дней, и он ловил себя на мысли, что уже скучает, что ему её не хватает. Отвечал на её звонок с радостью, потом вспоминал, что решил быть отстранённым и буквально обрывал её полет какой-нибудь грубостью, сетуя на самого себя за свою слабость. Потом она всё-таки приезжала, и словно солнце входило в его дом. Мир вокруг становился другим. Её улыбка, смех и даже слёзы, которые он терпеть не мог, – напоминание о том, как он жесток с ней, – озаряли мир Германа.

Недавно у Германа произошёл разговор с матерью.