— Прекрасно, — вздохнула подруга, притушив гнев. — Завтра, как приедешь в школу, отдай ему куртку и забудь об этой горилле.

— Ладно, — сказала я.

От одной мысли об этом мне стало грустно.

— Дурак он, знаешь, — добавила Клэр. — Ты потрясающая, ты добрая, милая, верная, в тебе еще миллион других прекрасных достоинств, которые он никогда не найдет в шлюхах вроде Беллы Уилкинсон.

— Спасибо, — ответила я, благодарная ей за попытку меня утешить. Все было совсем не так, но ее слова помогли. — Но ты не должна ненавидеть его только за то, что он меня не поцеловал.

— Серьезно? — заскулила она.

 — Серьезно?

— Клэр, он не сделал ничего плохого, — напомнила я. — Серьезно. Он вел себя очень заботливо и вежливо.

— Тогда почему он не ответил на твой поцелуй? — спросила она.

— Потому что я ему не нужна, — вырвалось у меня. — Ясно же.

— Тогда он просто сумасшедший, — проворчала Клэр. — Будь у меня пенис или если бы мне нравились девчонки, я бы непременно тебя захотела.

— Спасибо, — ответила я, смеясь и всхлипывая одновременно. — Если б у меня был пенис или если б мне нравились девчонки, я бы тоже тебя захотела.

— Значит, мы не будем его ненавидеть?

— Нет, — ответила я.

 — Нам не за что его ненавидеть.

— Уфф, — простонала Клэр. — Ладно.

— Клэр, ты лучшая на свете подруга, — сказала я. — Не знаю, что бы я делала без тебя.

— Хороша ли я настолько, чтобы узнать подробности?

— Какие подробности? — нервно спросила я. — Что ты хочешь узнать?

— Все подробности.

Уфф.

— Так стыдно, — прошептала я. — Даже унизительно.

— Ладно, извини. Не хочешь — не рассказывай, — пошла на попятную Клэр.

— Он… красивый, — прошептала я после паузы.

— Ну да, — проворчала Клэр. — Это все и так знают.

— Нет, Клэр, в смысле, он реально красивый… Под одеждой, — закрыв глаза, шепотом добавила я.

— Обалдеть! — заорала она мне в ухо. — Откуда ты знаешь, как он выглядит под одеждой?

— Он принимал душ и был полуголый, когда я вышла…

— Откуда вышла?

— Из его душа.

— Ну, блин! — завизжала Клэр. — Ты принимала душ вместе с Джонни Каваной?

— Что? Нет! — замотала головой я. — Я принимала душ в его ванной.

— Так, давай еще раз сначала, а то мое грязное воображение не справляется.

Я устало вздохнула:

— Мы оба промокли под ливнем.

Его мама забрала мою форму сушиться. Я пошла в его ванную комнату. Он пошел в другой душ. А дальше мы оба оказались в его комнате.

— Оба голые?

— На нем были трусы, — ответила я, борясь с искушением рассказать ей, чтo видела до того, как он натянул их на себя. — Вот так.

— А ты?

— А я в полотенце. — Я закусила губу, чувствуя, как пылает лицо. — Кажется, оно случайно распахнулось, и я показала ему… ну, ты понимаешь. Даже не знаю, как это произошло, но мы оба оказались на его кровати, — торопливо рассказывала я.