Обратно он вышел с огромной кипой газет, сгрузил их в ящик за моей спиной и вернулся обратно в домик. Так он вынес три огромные кипы:

– Думаю, твои корзины начали пользоваться спросом. Зря я так несерьезно отнесся к ним в прошлый раз. Да еще и твои методы окраски… Больше никто не знает о них?

– Я не уверена. Я откуда-то просто знаю, и все, - пространно ответила я, и мы выехали с улочки, видимо, на объездную дорогу, потому что больше по городу мы не ехали. Было жаль – мне понравилось рассматривать, как одеты люди, как оформлены домики.

Постоялый двор располагался прямо на дороге и здесь, скорее всего, жили приезжие купцы или те, кто проезжал мимо – груженые телеги, несколько колясок и просто лошади, привязанные за скобу на бревне, явно не собирались здесь ночевать.

Трехэтажное здание, в котором первый этаж занимала таверна, а два остальных – комнаты, где могли ночевать путники, показалось мне очень интересным. Дощатые стены сверху были украшены рейками, и это придавало некоей грации всему строению. Черепичная красная крыша хорошо сочеталась с коричневыми стенами и светлой каймой возле окон.

Высокое крыльцо, что было объединено с верандой, опоясывающей лицевую часть и один торец строения, сейчас было занято тремя мужчинами, громко спорящими о чем-то. Но они не были пьяными, чего я очень боялась.

– Кор Филипп, добро пожаловать. Кора Полианна, - один из них в серой жилетке и белоснежной рубашке под ней, снял шляпу и чуть поклонился.

– Кор Элиус, был занят, а сейчас спешим отведать вашей оленины, - в поведении Фила было что-то странное, как будто он не хотел задерживаться рядом с этим человеком, хоть этот самый Элиус и казался вполне радушным хозяином.

– Вы в самый раз, охотники рано утром привезли отличного оленя! – ответил н, проводив нас взглядом, когда мы проходили в зал.

Если быть честной, я боялась увидеть там грязь, пьянь и вонь, но на деле это место оказалось приличным: начищенный добела деревянный пол, лавки, столы, покрытые хоть и серыми, но все же скатертями. За барной стойкой женщина лет пятидесяти, чуть полная, но улыбчивая и аккуратная. Ее белоснежный передник говорил лишь одно – здесь можно поесть, не боясь за свое здоровье.

– Кора Бэлла, нам вашей оленины и по большой кружке черного пива. Рады вас видеть, - чуть поклонился Фил, и я улыбнулась женщине.

– Ваше любимое место свободно, рада вас видеть, - ответила она и как-то странно, то ли подмигнула Филу, то ли у нее просто нервный тик совпал с моментом, когда я чуть повернулась в сторону посетителей, и заметила это боковым зрением.

Мы уселись, и Бэлла тут же принесла нам две огромных кружки напитка, похожего на наше темное пиво, только гуще и темнее.